Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




ГОДЫ НЕВОЛИ - ГОДЫ ДОРОГ
Фрагменты биохроники

Т. Г. Шевченко. Автопортрет
Т. Г. Шевченко
Автопортрет со свечей
1860

На изображении внизу посередине выгравировано: "Т. Шевченко. 1860"

Киев - Санкт-Петербург.

Санкт-Петербург - Оренбург - Орская крепость.

Орская - Раим - Кос-арал - пути морские.

Раимское укрепление - Орская - Оренбург.

Оренбург - Орская.

Орская - Оренбург - Уральск - Гурьев - Мангышлак.

 Это всего-навсего первые три года - 1847-1850; не упомянул маршруты более короткие: Оренбург - Нежинка, Оренбург - Татарская Каргала, Оренбург - Илецкая Защита, возможно Оренбург - Белебей.

Тысячи и тысячи верст (а на воде миль): переход за переходом, на перекладных, в телегах, пешком, по погоде и в непогоду, в песчаные бури и смертоносные штормы - дороги, дороги без конца. Езда в незнаемое, даже если едешь-плывешь местами уже виденными, останавливаешься в пунктах известных.

Всякий раз поездкам и походам сопутствовала спешка, или, по казенному, "экстренная надобность". В любом случае, прохлаждаться не позволяли - ни сопроводителям, ни ему.

В 1851-м и последующие годы солдатчины он пребывал в "незапертой тюрьме" - Новопетровском укреплении. Но была, например, экспедиция в горы Каратау, были выезды в разные населенные пункты - русские, казахские, туркменские - на самом полуострове.

И только в августе 1857-го стал Шевченко снова "путешественником".

Мангышлак - Каспий - Волга - Астрахань...

Астрахань - Царицын - Камышин - Саратов - Волжск - Хвалынск - Самара - Симбирск - Спасский затон - Казань - Чебоксары - Свияжск - Зименки - Нижний Новгород...

Нижний - Балахна, Нижний - Медновка, Нижний - Бор...

Нижний Новгород - Владимир - Москва...

Москва - Санкт-Петербург...

 Но обратимся к фрагментам биографической хроники Тараса Шевченко - тем, прежде всего, которые охватывают его дороги лет невольничьих, подневольных. Отдельным фрагментам - работа над полной биохроникой еще впе реди.

Будем помнить, что дорога в Орскую крепость и обратно была проделана им в разное время года четыре раза, что Шевченко следовал не только на Арал, но и назад, примерно тем же маршрутом, но уже не весной, а осенью.

Можно было бы дать подробное описание его плаваний по Аральскому морю в 1848-1849 гг., но первые три года прослежены, прочитаны мною если не до конца, то достаточно подробно в первом-третьем томах "Были о Тарасе" (1993) и Аралу в нем посвящен почти пя тисотстраничный второй том.

Третий фрагмент представляет из себя некоторые материалы к биохронике предмангышлакского семилетия - доставки Т. Шевченко к последнему, самому длительному и тяжелому, месту его солдатской службы (1850-1857).

Автор надеется, что приведенные тут фрагменты послужат в определенной мере ключом ко второй, "географической", части энциклопедии. Составляющие ее статьи это все сколько-нибудь существенные названия на карте его жизни в течение одиннадцати лет, пролегших между арестом на Днепре и возвращением в Санкт-Петербург уже в качестве свободного человека, через оренбургскую солдатчину и нижегородскую ссылку. Во всех случаях краткая объективная характеристика города, станицы, села, крепости, реки, озера , моря, горы, возвышенности по возможности полнее увязывается с местом их в жизнеописании, в творчестве Тараса Шевченко.

ИЗ БИОХРОНИКИ - 1847

Май, 31 (полдень) - июнь, 1 (утро).

"Бывший художник С.-Петербургской Академии художеств" Тарас Шевченко, определенный "за сочинение возмутительных и в высшей степени дерзких стихотворений" рядовым в Отдельный Оренбургский корпус, отправлен к командиру его для зачисления в один из бат альонов и с поручением "иметь строжайшее наблюдение, дабы от него ни под каким видом не могло выходить возмутительных и пасквильных сочинений". Личная резолюция Николая I гласила: "под строжайший надзор и с запрещением писать и рисовать". Преп ровождение Шевченко было поручено фельдъегерю военного министерства К.Г.Виддеру.

Июнь, 1-9.

Доставка Т. Шевченко из Петербурга в Оренбург (698 верст столичного тракта Петербург - Москва, 441 верста от Москвы до Нижнего Новгорода, 380 - от Нижнего до Казани, 204 - из Казани в Симбирск, 600 - из Симбирска, через Самару, в Оренбург). Из ш евченковских "Близнецов": "все пространство, промелькнувшее перед моими глазами, теперь так же само и в памяти моей мелькает, ни одной черты не могу схватить хорошенько..." В произведениях из всего маршрута мимолетно названы впоследствии Симбирск и Каз ань, Волга, Самара и Заволжские степи, Бузулук, Общий Сырт и пугачевская Татищева крепость. Однако, как можно судить по "Карте этапных дорог" (ГАОО, ф.124, оп.2, д.6195), только от Самары на пути Т. Шевченко лежало гораздо больше населенных пун ктов: Алексеевск (Алексеевка), Бобровка, Малышевка, Богот-Умет, Заплавная, Елшанская, Бузулук, Погромный, Тоцкая, Сорочинская, Воробьиный Умет, Новосергиевская, Полтавский редут, Переволоцкая, Татищева, Рычковская, Чернореченская и, наконец, Оренбург.< /P>

Ордонансгауз
Ордонансгауз, реконструкция

Июнь, 9.

В одиннадцать часов вечера Виддер ввел Шевченко в Оренбургский ордонансгауз и передал его вместе с сопроводительными документами плац-майору (или плац-адъютанту), жившим в том же здании. Ордонансгауз - первое место ночлега новоявленного "рядового" в военном центре губернии.

Июнь, 10.

Представление Шевченко коменданту Оренбурга генерал-майору М.К.Лифлянду. Определение в казармы 3-го линейного батальона выполнявшие функцию и пересылочных). Хождения по инстанциям: штаб корпуса - штаб дивизии - штаб бригады. Распоряжения о зачислении в 5-й линейный батальон с отправкой в Орскую крепость. В тот же день - представление находившемуся в Оренбурге батальонному командиру капитану Д.В.Мешкову.

О прибытии Шевченко узнал чиновник Пограничной комиссии Ф.М. Лазаревский. Визит его в казарму, первый разговор земляков, первые попытки Лазаревского облегчить участь жестоко покаранного поэта с помощью председателя Пограничной комиссии генерал-майора М.В.Ладыженского и офицера по особым поручениям при командире корпуса подполковника Е.М.Матвеева.

Июнь, 11.

Рапорт исполнявшего обязанности командира корпуса генерал-лейтенанта А.Е.Толмачева управляющему военным министерством В.Ф.Адлербергу о доставке Шевченко в Оренбург и зачислении его в 5-й линейный батальон "с учреждением за ним строжайшего надзор а".

Встреча Шевченко с Матвеевым, доброжелательное отношение его к опальному, попытка помочь в оставлении на службе во 2-м батальоне, оренбургской дислокации. Совет земляков (кроме Лазаревского, также С.П.Левицкого) - сказаться больным и отправиться в лазарет. Категорический отказ Шевченко от этой уловки, которая, как показало дальнейшее, могла удастся.

В казарме произошло облачение его в солдатскую форму.

Июнь, 12-13.

Земляки-чиновники "выпросили" Шевченко из казармы к себе в гости. В один из этих дней поэт впервые вошел в дом М.И. и А.П.Кутиных, где квартировали Лазаревский и Левицкий. Из воспоминаний первого: "Тарас Григорьевич с обоими нами был сердечно прост, и мы сразу стали друзьями. Говорили много и оживленно..." Поэт, не таясь, читал свои стихи (в т.ч. "Кавказ", "Сон"), пел любимые украинские песни.

Июнь, 14-19.

Шевченко в ожидании отправки в Орскую крепость, которая оттягивалась стараниями его доброжелателей в надежде на оставление в Оренбурге. Жизнь в казарме. Расширение круга знакомств и общения (художник А. Ф. Чернышев и его семья, врачи Д.Г.Генс, П.Ф .Майдель и др.). Посещения Лазаревского и Левицкого, в т.ч. с ночью в их обществе. Записи, в т.ч. стихотворные, в альбоме братьев Лазаревских (автограф "Таточко з мамкою...").

Июнь, 20.

Выезд из Оренбурга в сопровождении поручика Г.П.Почешева. Перед выездом поручик составляет рапорт на имя командира 5-го батальона, в котором излагает претензию Шевченко по поводу того, что "по отбытии его из г.Киева остались там собственные его в ещи у господина Киевского гражданского губернатора" и с передачей просьбы о "высылке тех вещей". Форштадт с памятью о Ем.Пугачеве. Нежинский форпост (17 верст). Каменноозерная (14 верст). Островная (26 верст). "Подъезжая ближе к селу, ему... предс тавилась малороссийская слобода... Он заплакал при взгляде на картину, так живо напомнившую ему его прекрасную родину" (Шевченко). Ночлег в Островной, задушевная беседа с земляками, поселившимися здесь еще в начале века.

Июнь, 21.

Продолжение пути в Орскую крепость. Красногорская (17 верст). Гирьяльская (22 версты). Верхнеозерная (20 верст). Никольская (27 верст). Ильинская (18 верст). Подгорный редут (19 верст). Губерлинская (22 версты). Ночлег в Губерлинской. "... Переноч евал он еще в Губерле (предпоследняя станция перед Орской крепостью), собственно для того, чтобы полюбоваться на другой день Губерлинскими горами..." (Шевченко).

Июнь, 22.

Губерлинская. "... До 12 часов я гулял в губерлинской роще и любовался окружающими ее горами, чистой речечкой Губерлей, прорезывающей рощу и извивающейся около казачьих хат..." (Шевченко). Хабарный форпост (28 верст). Последний перегон - 26 в ерст до Орской крепости.

"- Так вот она, знаменитая Орская крепость! - почти проговорил я, и мне сделалося грустно, невыносимо грустно, как будто меня бог знает какое несчастие ожидало в этой крепости..." (Шевченко). По существовавшему порядку, состоялось представление вно вь прибывшего в комендантское управление, а затем в штаб 5-го батальона.

Июнь, 23.

Приказ командира батальона капитана Мешкова о зачислении рядового Шевченко в списочное состояние 3-й роты, командиру которой капитану Глобе поручалось "иметь за поведением его строгий надзор". В батальонный ранжирный список нового солдата вписали под номером 191.

Поручик Почешев вручил Мешкову свой рапорт от 20 июня относительно вещей Шевченко (особенно рисовальных принадлежностей), оставшихся в Киеве. Рапорт был официально зарегистрирован в батальонной канцелярии.

Шевченко водворили в солдатскую казарму.

Июнь, 24.

Командир корпуса генерал от инфантерии Обручев, находившийся в далекой и длительной степной командировке, получив (не без стараний Е.М.Матвеева?) копию предписания управляющего военным министерством от 30 мая 1847 г. №  303 об определении Шевченко рядо вым в Отдельный Оренбургский корпус и просьбой уведомить, "в который из оренбургских линейных батальонов он будет зачислен", наложил резолюцию: "Назначить во 2-й батальон под самый строгий надзор". Однако Шевченко был уже внесен в списки пятого баталь она, находился в Орской и менять ничего не стали.

Июнь, 25.

Рапорт Мешкова командиру первой бригады генерал-майору Л.И.Федяеву о том, что "рядовой Шевченко... в списочное состояние батальона зачислен, с определением в роты, здесь, в крепости, расположенные".

Знакомство Шевченко с товарищами по несчастью - конфирмованными поляками, галичанами и др., состоявшими в том же батальоне и обитавшими в той же казарме.

Начало занятий на плацу, под непосредственным присмотром батальонного командира...

ИЗ БИОХРОНИКИ - 1848

нижние казармы
Нижние казармы, реконструкция

Май, начало.

Для руководства подготовкой к выступлению транспортов в степь в Орскую крепость прибыл военный начальник края В.А.Обручев.

Приехали К.И.Герн, отправлявшийся возводить форт на Карабутаке, и А. И. Бутаков вместе с конструкциями шхуны, флотской командой и морскими офицерами.

Шевченко получил письмо от Ф. Лазаревского с рекомендацией ему судейского чиновника Петрова И.Ф., назначенного в Раимское укрепление.

Май, 7.

Шевченко получил подарок от А. Лизогуба: художественные принадлежности, бумагу и даже "писанку" - пасхальное, в красках, яйцо.

Май, 8.

Бригадный командир генерал-майор Федяев, выполняя указание командира корпуса генерала от инфантерии Обручева, распорядился о переводе Шевченко из 5-го в 4-й батальон с отправлением в Раимское укрепление как назначенного туда на службу.

В этот же день из Орской крепости выступили в степь небольшой отряд штабс-капитана Герна для закладки Карабутакского форта и, одновременно, отряд для съемки в песках Каракумов под начальством прапорщика корпуса топографов Яковлева, в сопровождении 160 оренбургских казаков.

Май, 9.

Письмо А. Лизогубу с благодарностью за все присланное и "щирое дружеское слово". Шевченко сообщил о "разрешении рисовать" (?) и "приказании в поход выступать". Под конец прощался: "Если не увидимся на сем свете, так уже наверняка встретимся на том. Д о свидания!"

Май, 10.

Из Орской крепости выступил транспорт из 500 подвод, под прикрытием двух сотен оренбургских казаков и двух орудий с прислугою, под начальством войскового старшины Иванова; конечной целью отряда прикрытия являлось Уральское укрепление.

Последние приготовления к выступлению основного тележного транспорта в Раимское укрепление, в состав которого был включен и рядовой Шевченко (без указания на его обязанности художника описной экспедиции).

Май, 11.

Выступление тележного транспорта из 1500 башкирских одноконных подвод, под прикрытием роты пехоты, двух сотен оренбургских казаков и двух орудий с прислугою из Орской крепости. Шевченко - в пехотной роте прикрытия. Напутственный молебен за рекой Орь. Первый переход, протяженностью 23 версты, вдоль левого берега Ори до ее притока - речки Мендыбай. В пути - знакомство со штабс-капитаном А. И. Макшеевым и приглашение делить с ним его джуламейку; предположительно - беседы с генерал-майором И.П.Шрейбером, А. И. Бутаковым и К. Е. Поспеловым.

Май, 12.

Второй переход вдоль левого берега р.Ори, до привала, условно поименованного "Залив р.Ори и озерко", от предыдущего - 22 версты. Наблюдение степного миража и степного пожара (пала). По предложению генерала Шрейбера Шевченко взялся за акварель, запечат левшую пожар в степи, и во время привала в основных чертах ее нарисовал.

Из Орской крепости в этот же день выступил большой верблюжий транспорт под начальством войскового старшины Филатова, следовавший туда же, что и тележный.

Май, 13.

Третий переход, опять же вдоль левобережья Ори, - до привала "Река Орь и овраги"; протяженность дневного маршрута - 16 верст. Углубление впечатлений от пожара (движение по обгорелой степи) и продолжение работы над первой походной акварелью (во врем я последующей стоянки).

Май, 14.

Четвертый переход - 18-верстный - по тому же левому берегу р.Ори. На половине дороги - переправа вброд через речку Мамыт. В конце пути - крутой спуск с возвышенности в долину реки Орь, сооружение плавучего моста, длительная и трудная переправа на правый берег реки и привал там для отдыха и сна.

Май, 15.

Первая суточная дневка в походе. Шевченко выполняет карандашный рисунок, а затем и акварель, запечатлевшие дневку транспорта в степи. Заканчивает акварель, воссоздающую неповторимость виденного им пожара. Первую он дарит А. И. Бутакову, вторую - И.П .Шрейберу.

Май, 16.

Транспортная дорога ведет на юго-восток, к Иргизу. Пятый переход - до речки Таетыбутак, 22 версты. После переправы вброд разбивка лагеря и остановка до следующего утра.

Май, 17.

Шестой переход - до "Лощины со снежною водою", 20 верст. Лощины с водою, накопившейся с весны, - особенность всего отрезка пути. В тот же день военный губернатор и командир корпуса получает в Оренбурге донесение о готовящемся нападении большого о тряда хивинцев и мятежных казахских биев на транспорты, выступившие в степь. Обручев предпринимает меру к пресечению возможных нападений, прежде всего путем формирования специальных отрядов для разгона и уничтожения неприятеля.

Май, 18.

Седьмой переход - к верховью р.Ащесай, также вдоль лощин с талой водою. Пройдено еще 22 версты. В Оренбурге, Илецкой Защите и других местах формируются отряды для экстренного выступления в степь с целью предохра нения транспортов от разгрома враждебными силами.

Май, 19.

Восьмой переход - к речке Уймуле (Курпе), 22 версты. В пути - озеро Билькопа. Шевченко накапливает информацию о степи и ее достопримечательностях; источник ее - казаки, башкиры, казахи и другие, бывалые в походах, люди. Известия о тревогах Обручева и грозящей опасности до транспорта пока не дошли. Меж тем отряды, формируемые по приказу командира корпуса, выходят на исходные рубежи.

Май, 20.

Девятый переход (20 верст) - завершающая часть северной половины маршрута до укр.Уральского - вел к р.Карабутак. На полпути состоялась промежуточная остановка неподалеку от главной достопримечательности здешних мест - одинокого, или святого, дерев а ("джангыс-агача"). Оно поразило воображение Шевченко, вдохновив его на акварель, стихотворение "У Бога за дверми лежала сокира", а впоследствии и зарисовку в прозе ("Близнецы"). Акварель, по всей вероятности, была выполнена в течение этого и следу ющего дней; этот же день ознаменовался началом работы над названным стихотворением - этапным в освоении темы степей, прошлого и настоящего их народов. Во время привала состоялась встреча с К.И.Герном - штабс-капитаном, строителем форта.

Май, 21.

Дневка на реке Карабутаке, неподалеку от воздвигаемого форта. Посещение его, новая встреча с Герном; карандашные зарисовки построенного и первые попытки эскизной реконструкции проекта в законченном виде - подступ к будущей акварели "Форт Карабутак". Участие в церемонии освящения форта; обед у К.И.Герна; задушевная беседа с ним. Ночное происшествие: стычка с караульными башкирами, не желавшими пропустить в лагерь Макшеева и Шевченко как не знавших пароль.

Май, 22.

Выступление транспорта в дальнейший путь и еще один курьез: громогласное проклятие форту священника Семихатова, оскорбленного тем, что его не пригласили на торжественный обед. Десятый переход: от Карабутака до р.Ащесая (Ащебутака) - 17 верст и далее - от Ащесая до р.Яманкайраклы (еще 15), две переправы вброд.

Май, 23.

Переход одиннадцатый: к устью р.Якшикайраклы, у впадения ее в р.Иргиз (20 верст). Раздумья Шевченко о богатствах степных недр, золоте на берегах этой и ранее перейденных речек, о "новом Санто-Франциско" в "киргизской степи".

Май, 24.

От места очередного ночлега транспортная дорога потянулась до самого Уральского укрепления вдоль реки Иргиза, сначала по правую его сторону, а со средины следующего отрезка пути - по левую. Двенадцатый переход - 23 версты.

Май, 25.

Тринадцатый переход - 24 версты вдоль Иргиза. На половине маршрута - переправа на левый берег, по вязкому песчаному грунту дна, потребовавшая нескольких часов усилий всех участников перехода.

Май, 26.

Четырнадцатый переход - до остановочного пункта "Рукав Иргиза против горы Мана-аулие" (23 версты). Переход, как и другие, послужил материалом для картинного описания степных мест по пути следования в повести "Близнецы" и, таким образом, стал фак том литературным, подтвердившим особый интерес Шевченко к историческим памятникам и названиям казахов. На маршруте этого дня вызвала тревогу прервавшаяся связь с отрядами (эшелонами), вышедшие из Орской крепости до тележного транспорта.

Май, 27.

Пятнадцатый переход - до привала "Река Иргиз при могиле Дустана" (17 верст). В пути следования прибыло донесение от войскового старшины Иванова, сбивчиво и неграмотно сообщавшего генерал-майору Шрейберу о нападении неприятеля, последовавшем накан уне. Шевченко узнал о случившемся, когда транспорт достиг места нападения, и он впервые увидел "обезглавленные и обезображенные трупы". Однако не эти печальные картины взял художник на карандаш, но Дустанову могилу, тут же записав и кое-какие сведения о самом "батыре Дустане". Впоследствии им будет выполнена акварель памятного знака истории казахского народа.

Май, 28.

Шестнадцатый переход проходил, как и предыдущий, по пескам Яманкумов; к середине его (общая протяженность - 24 верст) снова выбрались на твердую почву. По мере получения дополнительных, более точных, сведений о нападении хивинцев и боевых действиях о трядов Яковлева и Иванова 26 мая нарастала тревога, вызванная возможностью повторения неприятельских попыток остановить и разгромить тележный транспорт. По приказу Шрейбера предпринимались особые меры предосторожности на случай нападения как в пути, так и на привале у р.Иргиза.

Май, 29.

Семнадцатый переход (25 верст) - вдоль р.Иргиза, с привалом на берегу этой же реки. Продолжающееся расширение круга знакомств Шевченко среди всех категорий участников похода, в т.ч. членов экспедиции по описи и промеру Аральского моря.

Май, 30.

Восемнадцатый переход (14 верст) - к месту переправы через р.Иргиз, неподалеку от Уральского укрепления. "Это было первое мною виденное степное укрепление, поразившее меня так неприятно своею грустною наружностию" (Шевченко). В лагере собрались все походные колонны и отряды, выступившие из Орской и благополучно достигшие главного промежуточного пункта в походе на Арал. Шевченко сделал первые карандашные наброски укрепления.

Май, 31.

Лагерь близ Уральского укрепления: встречи и знакомства, обмен впечатлениями, получение достоверной информации, в т.ч. о бое отряда топографов прапорщика Яковлева с напавшими на них неприятелями. Перед продолжением пути, особенно по Каракумам, - усиление ранее предусмотренных сил прикрытия. Шевченко выполняет карандашный и компанует акварельный рисунок "Уральское укрепление".

Июнь, 1.

Лагерь близ Уральского укрепления. "Трехдневный отдых около укрепления видимо освежил всех" (Макшеев). Подготовка к выступлению тремя эшелонами (первый - под командованием войскового старшины Филатова, второй - подполковника Ваулина, третий - со тника Падурова). Шевченко завершил акварель с изображением укрепления на Иргизе, впоследствии ставшую собственностью В.А.Обручева.

Июнь, 2.

Начало южной части похода (от Уральского укрепления до Раимского). Выступление, вместе с участниками описной экспедиции, в составе первого эшелона, состоявшего из 500 повозок и 1000 верблюдов. Девятнадцатый переход протяженностью 20 верст закончил ся у озера Джалангач.

Июнь, 3.

Двадцатый переход - 16 верст: до озера Китайкуль. Конечные пункты предыдущего и этого дневных маршрутов оказались весьма скудными по части подножного корма для скота, а тут еще и воды, что вынудило сделать изрядный крюк к озеру Тополанкулю.

Июнь, 4.

Двадцать первый переход протянулся на 36 верст, до озера Джаловлы - места дневки в преддверии Каракумов. Шевченко на пути из Уральского впервые увидел многотрудную жизнь байгушей - беднейших казахов; это знаменовало возникновение темы байгушества в его творчестве.

Июнь, 5.

Дневка на р.Джаловлы. "За этой гнилой речкой начинаются страшные Каракумы (черные пески)... Целый день у нас только и разговору было, что про Каракумы... Бывалые... рассказывали ужасы, а мы... слушали и ужасались..." (Шевченко). Беглые зарисо вки казахов и верблюдов в альбоме.

Июнь, 6.

Двадцать второй переход - к копаням (колодцам) Терекли (32 версты). Дорога сначала под нестерпимым солнцем, но вслед за

тем, при входе в песчанные бугры, резкий северный ветер заставил надеть шинели и не снимать их уже трое суток. Из этого дня, его раннеутреннего начала, Шевченко вынес воспоминание о "плачущих верблюдах".

Июнь, 7.

Двадцать третий переход - до копаней Джулюс (17 верст). "Дорога вела по глубокому песку" (Бларамберг). По-прежнему свирепствовал холодный "нордовый ветер" (Шевченко).

Июнь, 8.

Двадцать четвертый переход - до копаней Каракудука (18 верст). Сыпучие пески, острый недостаток в воде и корме, климатические условия изматывали и людей, и лошадей.

Июнь, 9.

Северные ветры большой силы бушевали, не утихая, до полудня двадцать пятого перехода (30 верст), однако на последней трети пути гармсили стали брать реванш над нордом, на все живое в эшелоне снова навалилась непереносимая жара. "... Эти десять верст (до копаней Дунгурлюксор - Л. Б.) показались мне десятью десять..." (Шевченко). В довершение всего место привала оказалось без ожидавшихся колодцев: "никогда в жизни я не пил такой гнусной воды, как сегодня".

Июнь, 10.

Двадцать шестой переход (31 верста) - к копаням Кулькудука, имевшим славу "лучшего ночлега в песках Каракумов по достаточному количеству воды и подножного корма" (официальное расписание маршрута). На этом отрезке пути, как и на других, Шевченко нак апливал впечатления о "киргизской Сахаре"; отдельные из них, в виде этюдов-набросков, сохранились в его альбоме.

Июнь, 11.

Дневка в Кулькудуке. Продолжающаяся тревога по поводу возможного нападения извне (разноречивые донесения из Раимского укрепления о действиях неприятеля). В связи с усилением жары выступления эшелона переносились впредь на два часа пополуночи.

Июнь, 12.

Двадцать седьмой переход (16 верст) - к копаням Алтыкудука. Запомнившаяся Шевченко огромная "ослепляющая равнина" ("высохшее озеро, дно которого покрылося тонким слоем белой, как рафинад, соли"). Эшелон, следующий по необозримой пустыне, он эскизно запечатлел в рисунке карандашом. В этот день участники похода явственно ощутили приближение моря.

Июнь, 13.

Конечным пунктом двадцать восьмого перехода (18 верст) стали копани Акджулпаса. Со средины этого пути дорога тянулась вдоль берегов Сарычаганака и Акджулпаса - северных заливов Арала. Сохранился выполненный на привале дня карандашный рисунок с собс твенноручной надписью "Ак-джул-пасъ".

Июнь, 14.

Двадцать девятый переход - к копаням Аккудука (11 верст). Аккудук зарисован Шевченко на одном и том же листе альбома дважды.

Июнь, 15.

Тридцатый переход - к копаням Сапака (15 верст). Скудость воды в колодцах потребовала копки новых и расчистки пересохших, особых мер для сохранения сил людей и животных.

Июнь, 16.

Тридцать первый переход - к озеру Камышлыбашу (30 верст) - проходили, по свидетельству Шевченко, ночью, потому что "не было возможности пройти днем". На Камышлыбаше он впервые увидел прираимский аул вконец обнищалых, разоренных набегами хивинцев ка захов-земледельцев.

Июнь, 17.

Последний, тридцать второй, переход (25 верст), пройденный в главной своей части также ночью, закончился близ Раимского укрепления - цели всего похода. "Вид со степи на укрепление грустнее еще, нежели на Калу-Иргиз... Навстречу нам вышел весь гарнизон. Бледные, безотрадные, точно у арестантов лица..." (Т. Шевченко, "Близнецы").

ИЗ БИОХРОНИКИ - 1850

Сакмарские ворота
Сакмарские ворота, реконструкция по чертежам начала XIX века

Октябрь, 3 (или 4).

На пути к новому месту своей солдатской службы - Новопетровскому укреплению, что на Мангышлаке, Т. Шевченко, который едва не погиб в Губерлинских горах, прибыл в Оренбург. Он был в синяках, со следами ушибов. Задержка в городе исключалась - торопил о скорое закрытие навигации на Каспийском море, однако некоторых старых друзей он навестил. Строки воспоминаний оставили Б. Залеский (в письме к А. Венгржиновскому) и новый знакомый поэта Ян Станевич. Последний впоследствии писал:

"... Он выглядел печальным. Преследование его угнетало; он начал пить, и как-то странно и угрюмо выглядел между нами... Бывали, однако, минуты, когда он оживал, рассказывая о своих приключениях, пел малороссийские песенки и был очень приятным собесед ником..." Станевич свидетельствовал:

"... Шевченко пробыл в Оренбурге не более двух дней".

Октябрь, 5.

Выезд из Оренбурга в Уральск.

Октябрь, 5-7.

Поездка на перекладных по 500-верстному тракту, с населенными пунктами:

Чернореченская
Рычковская
Татищевская
Зубочистинская
Чесноковская
Нижнеозерная
Рассыпная
Илецкий городок
Мухраново
Студеной
Кинделинской
Иртецкой
Кирсановской
Генварцов
Рубежинской
Гниловской.

 Ночлеги могли, предположительно, быть в Илецком городке и Генварцове.

Октябрь, 7.

Приезд в Уральск, представление и.о. командира батальона, встречи официальные и неофициальные, продолжавшиеся также на следующий день.

Октябрь, 8.

Исполнявший обязанности командира 1-го линейного батальона капитан Е.И.Коржов подписал рапорт коменданту Новопетровского укрепления подполковнику А.П.Маевскому о зачислении Т. Шевченко ("рядового из политических преступников") в 4-ю роту батальона, р асквартированную в означенном укреплении, "под надзор ротного командира штабс-капитана Потапова". Рапорт был вручен, для передачи адресату лично, унтер-офицеру Булатову, "за присмотром" которого Шевченко надлежало в срочном порядке доставить к новому его месту службы.

Октябрь, 8 (или рано утром 9).

Начало более чем 850-верстного пути в Гурьев-городок. Указания отдельных биографов на то, что Шевченко и его сопроводитель следовали из Уральска в лодке является абсурдным уже хотя бы потому, что стояла весьма прохладная, и даже холодная, осенняя по года. Ни о какой срочности при таком способе доставки "преступника" говорить не приходилось.

Октябрь, 8 (или 9)-13.

Поездка на перекладных через населенные пункты:

Круглоозерный
Чеганский
Кашевской
Бударинский
Кожехаревский
Лбищенский
Горяченский
Мергеневский
Каршинский
Сахарновская
Калиновский
Лебяженский
Антоновский
Круглой
Котельной
Калмыкская
Красноярский
Харкинский
Горская
Гребенщиков
Кулажинская
Орлов
Зеленовский
Тополинская
Кармановский
Баксайская
Еманжелинский
Сарайчиковская
Сорочинский
Редутский
Кандауровский.

Пять дней - пять ночлегов, которые, по моему предположению, могли быть в наиболее крупных селениях: форпосте Лбищенском, станицах Сахарновской, Калмыкской (или Горской), Тополинской (или Баксайской), Сарайчиковск ой.

Октябрь, 13.

Прибытие в Гурьев-городок, представление его начальнику есаулу Назарову. Из рапорта Назарова оренбургскому военному губернатору Обручеву: "12 ч. сего октября из Ново-Петровского укрепления в Гурьев-городок прибыла почтовая лодка с хорунжим Еры клинцовым с почтою, а 13 ч. отправилась обратно в укрепление с почтою же и политическим преступником рядовым линейного Оренбургского батальона №  1-го Тарасом Шевченко". Дата отправки на самом деле была иной, более поздней.

Октябрь, 14.

Из письма начальника Гурьева-городка коменданту Новопетровского укрепления, датированного 14-м октября: "Доставленного при отношении командира линейного Оренбургского батальона №  1-го от 8 октября за №  2490-м рядового из политических преступников Тараса Шевченко при сем к вашему высокоблагородию на почтовой лодке под присмотром унтер-офицера Булатова имею честь препроводить".

Октябрь, 17.

Шевченко прибыл в Новопетровское укрепление.

 

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017