Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




Экспедиция на окраину Российской империи

4 августа 2005 года

ЮРТЫ У ОРЬ-ТОМАКА

В десяти — двенадцати шагах от полевой юрты хана Абулхаира — повелителя младшего юза (орды) Казахского государства — сидела, сложив ноги калачиком, группа «барсов»-нукеров из элитной сотни. Внизу, под яром, мирно катила свои воды степнячка Орь. Немного ниже она вливалась в Урал (Джаик), который, преодолев скалистые ущелья у Ириклы, разливался все шире и шире по пограничью казахских и башкирских земель. Ханская ставка, образованная совсем недавно у брода, называлась Орь-Томак. Так по-казахски именуют это Место до сих пор. «Орь» — река, «томак» — пища. Значит, река, питающая, горловина.

Отдыхавшие нукеры вполголоса переговаривались.

— Не знаешь, что за события ожидают нас здесь? — спрашивал могучий богатырь у своего сотника Арслан-бека (льва).

— Воину много знать не положено, — отвечал Юз-баши.

А события, по всему чувствовалось, предстояли серьезные. На Губерлинских высотах отряды вооруженных башкирцев перешли Урал и угнали несколько отар скота на свою территорию. Абулхаир, вместо того чтобы наказать виновников, успел только дать своим военачальникам приказ догнать и наказать, а сам привел ставку к Орь-Томаку.

Уже который день подряд сюда скачут гонцы из' разных концов необъятной степи. Может, опять джунгар-отройские отряды движутся сюда. Казахский народ еще не успел забыть нашествия этих сыры-итов (желтых собак). Их высокоорганизованные, привыкшие к беспрекословной дисциплине вообще-то не очень крупные отряды черной саранчой прошлись по киргиз-кайсац земле, беспощадно грабя и вырезая ее мужское население. Стон и плач стояли тогда по ордынским юзам. Что-то сделать с захватчиками казахские ханы были не в силах. Джунгары двигались «о двуконь», т. е. имели запасных лошадей, и, пока их жертвы готовили отпор или собирались за ними в погоню, желтые собаки уже «великой кровью» заливали землю киргиз-кайсаков. И вот теперь снова, наверное, что-то готовится.

Стражники, стоявшие у входа в юрту, подняли головы. От брода явно раздавался конский топот. Весь десяток нукеров насторожился. Двое вышли навстречу всаднику. Тот, не доехав расстояние на полет стрелы до ханской юрты, остановил коня и взял в руки повод. Встретившись со спешившим к нему акпером охраны, он обменялся с ним установленным паролем, да они и сами узнали в нем ханского гонца.

Гонец извлек из переметной сумы кусок ветоши, прочистил тряпкой ноздри коня, вытер его спину под седлом.

— Ак-Барс прибыл с башкирской стороны, — перешептывались между собой охранники. Слава о легендарном Ак-Барсе летела по всей казахской земле. Считалось, что он, как горный барс, мог врезаться в толпы неприятеля и прорубить сквозь них себе дорогу клинком. Рыжим корсаком пробираться среди степных трав и речных камышей, орлом перелетать с горы на гору, рыбой преодолевать водные преграды. Под стать воину был и его конь.

— Смотри, как своего кабардинца бережет, — глядя на обращение с уставшим от долгой скачки животным, отмечали ханские охранники.

И аргамак Ак-Барса верой и правдой служил преданному хану воину.

Вскоре расшитый цветными узорами полог войлочной юрты откинулся из нее вышел сюзынши (адъютант) хана.

— Заходи, — сделал он знак гонцу.

В покоях за низеньким столиком за дастарханом сидели несколько человек. Здесь были глава первой тысячи степных каскыров (волков) Аслан-Бек, сын Абулхаира, султан Ералы (наследник хана), главный мудрый священник орды, несколько крупных военачальников и другие приближенные к хану лица орды. Хан только закончил с ними большой совет. По важному делу прибыл в ханскую ставку и его любимец Ак-Барс.

Хозяин юрты, коротко распрощавшись со своими советниками, оставил в юрте сына, муфтия и гонца. Велев налить всем в пиалы свежего чая, он знаком указал гонцу приблизиться к столу и взять свою пиалу с ароматным напитком.

— Айт, — приказал он гонцу, — говори.

Сотворив короткую молитву, приложив к лицу руки лодочкой, гонец начал свой доклад. Суть его заключалась в том, что посланный урусами караван, вышедший из Уфы в середине апреля, передвигался под зорким надзором ханских лазутчиков. Их сообщения, начавшие поступать еще из земель башкир, были порой неоднозначны и иногда противоречивы.

Уже из первых сообщений было известно, что отряд более чем в 2500 человек готовится выйти с началом весны к месту слияния Ори с Уралом. К этой встрече шла долгая подготовка. После разорения киргиз-кайсацких земель джунгарами хан дважды обращался к царскому правительству за помощью. Она должна была заключаться в том, что русских просили взять под свое покровительство казахские ханства, а для этого построить несколько крепостей по течению степных рек Главным форпостом должна была стать крепость в слиянии Ори и Жаика (Джаика). Но русские дали положительный ответ спустя три года. Российские власти во главе с царицей Анной Иоанновной (не русской по крови), да и ее главные подручные такие, как Остерман и другие, кому Россия не была Родиной-матерью, считали затею хлопотным делом. Сенат годами размышлял: стоит ли посылать вооруженную армию в киргизскую безграничную степь? Большим вопросом было создание крепостей — из чего строить, откуда завозить строительные материалы? Ведь ближайшими опорными пунктами могли стать только Самара, Саратов, казачье войско в низовье Джаика в Уральске или Илек-городке, а также недавно добровольно присоединившаяся Башкирия. Но до всех их от намеченной к построению главной крепости в устье Ори, которая в тайных планах именовалась «известной экспедицией», было очень и очень далеко.

КАРАВАН ИЗ УФЫ

Великий поход планировали на апрель 1735 г. Всю зиму 1734-го экспедиция комплектовалась в Уфе. Казахские лазутчики даже по заготовлению провианта, подготовке транспорта, количеству тягловой силы и прибывавших в Уфу воинских частей легко могли подсчитать силу урусов. С экспедицией следовало более 30 орудий самого различного калибра. В сотнях телег, мажарах и арбах везли запасы ядер, картечи, пороха, весь необходимый провиант, инструмент, нужный для строительства крепости и города. В состав миссии входили 10 рот регулярных войск, 3 роты драгун, более 250 уфимских и яицких казаков. Сюда же придавалось несколько сот служивых татар, мещеряков, башкир, калмыков.

А сколько тягловой силы требовалось для транспортировки далеко не полностью перечисленных средств! Здесь уже нельзя не отметить заслуги действительно русского и по крови, и по делам человека — Ивана Кирилова. Происходил он из «птенцов гнезда Петрова». За большой ум и старания Петр I сделал его своим секретарем. Будучи великим рачителем и любителем наук и выражая чаяния Петра Великого, И. Кирилов обосновал необходимость строительства крепости и города в устье Ори. По его мнению, выбранное место «было во всем изобильное, а дорога к Аральскому морю и дальше — безопасной и удобнее, чем Хивинская дорога через Астрахань, которая использовалась для торговой связи».

Проект Кирилова 1 мая 1734 года был одобрен сенатом, и ему была дана «всемилостивейшая апробация», где говорилось о постройке города на Ори, обеспечении строительства рабочей силой, финансировании экспедиции, включая войсковые подразделения.

Последний пункт гласил: «К отправлению вышеизложенных всех дел» определить обер-секретаря Ивана Кирилова и с ним быть мурзе Алексею Тевклееву, переводчику и посреднику, которых туда отправить незамедлительно». В тот же день Кирилова произвели в статские советники, а Тевклеева — в полковники. В довершение всего будущему городу 7 июня 1734 г. царица Анна подписала привилегии, дающиеся городу, и его официальное название. Несколько слов о происхождении названия. Одни считают, что первая половина топонима происходит от названия реки Орь. Вторым компонентом имени нового города является слово «бург». По-немецки так называют просто город. Еще в прошедшие два с половиной века некоторые краеведы выдвигали вторую версию. Они считали, что слово «Орь» ассоциируется с немецким словом «Ор» (ухо). И если будущий город должен был стать форпостом России, то, значит, его можно было сравнить с ухом, выставленным в степную сторону.

Еще более нелепую версию придумали «умники» XX века. Они расшифровали Орск как «особый район ссыльнокаторжных». Но достаточно сказать, что Рычков, Аксаков, Ферсман и многие другие исследователи, краеведы, картографы называют Орск именем, которое дала ему река Орь.

Так или иначе, «экспедиция» в середине апреля 1735 года вышла из Уфы и двинулась в сторону реки Ак-Идель (Белой). Нельзя не упомянуть, что в ее состав вошли и будущие чиновники, архитекторы, картографы, землемеры, почвоведы, судовые мастера, хирурги, аптекарь, несколько студентов славяно-греко-латинской академии. На должность бухгалтера был назначен Петр Иванович Рычков, ставший позже крупным разносторонним ученым, первым членом-корреспондентом Петербургской академии наук.

Экспедиция именовалась «тайной». А чтобы распознать ее секрет, за организацией ее и продвижением в казахские земли следили среднеазиатские шахи и эмиры, а также башкирская элита. Да и сами казахские правители Большой и Средней Орды не с великой радостью принимали иноземное подданство. Усиление одного ханства вызывало зависть, а то и вражду со стороны других.

В. ДЫРБОВ.

(Окончание следует.)


  • Статья в формате DJVU

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017