Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




входные двери фото и цены.

Работал на небо

28 апреля 2005 года

Толоконников Валентин Михайлович

Это из автобиографического стихотворения Валентина Михайловича Толоконникова, автора двенадцати поэтических сборников. Один из сборников открывается программным стихотворением. Там есть такие строки:

Среди городов, деревень и селений

Есть у меня самый преданный друг.

Только пред ним преклоняю колени,

Труженик-город, родной Бузулук!

Значит, сейчас последует рассказ о земляке-поэте? Не совсем так. Иначе при чем тут «Работал на небо»? Поэт он преимущественно «для себя».

 

В одном из последних номеров нашей газеты вы познакомились с заместителем главнокомандующего ВВС, начальником Главного штаба ВВС генерал-полковником Борисом Федоровичем Чельцовым, тоже нашим земляком. Открыл я подаренный им «Справочник-календарь по истории авиации, ракетной техники и космонавтики» на этот год. И там на 27 апреля знаменательная дата: «75 лет организатору авиамоторного производства В.М. Толоконникову».

В историю советской и российской авиации он вошел прежде всего как выдающийся моторостроитель, лауреат Государственной премии СССР и премии Совета Министров СССР, возглавлявший многие коллективы, в том числе и Главное управление Министерства авиационной промышленности.

* * *

Оригинально мыслит этот человек. Что для нас, обычных людей, самолет? Прежде всего, конечно, салон, в кресла которого мы привычно садимся, улетая в другие края.

Что такое самолет для Толоконникова? Это прежде всего авиационный двигатель с приделанными к нему фюзеляжем, крыльями, хвостом. Он говорит так: «Все в самолете мешает полету, работает на сопротивление воздуха. И только двигатель создает само движение».

Все более совершенные двигатели он и строит всю свою жизнь.

* * *

Родился он в Елшанке, рядом с Бузулуком. Еще точнее — его семья жила в Пробуждении. Такое поэтичное название — пробуждение к новой жизни — дали несколько основателей этого небольшого поселка, отделившегося от Елшанки. Поближе к плодородным землям поймы реки Самары.

Один из основателей Пробуждения — дед Валентина Михайловича. Звали его Арефием Павловичем. Имя необычное, редко употребляемое. Как и имя бабушки: Васена Яковлевна. Известно только, что Толоконниковы переселились когда-то в оренбургские места с Тамбовщины, а Шамины, по материнской линии, — это старинный казачий род, переселенный из Запорожской Сечи сюда для службы и проживания.

Арефий Толоконников был инициатором создания не только Пробуждения, но и сельхозкоммуны в нем. Называйте это революционной романтикой или как угодно еще, но время было такое — двадцатые годы прошлого века. До счастья, до новой жизни, до всемирной коммуны казалось — рукой подать.

Потом семья переселилась в Бузулук. Валентин пошел в школу. Но во время войны, кто помнит, школы, как самые просторные здания, обычно отдавались под госпитали: санитарные поезда доставляли с фронта в тыл составы с изувеченными на полях сражений. А дети учились где придется.

В 1947 году Валентин окончил школу № 6, известную в городе, и поступил в знаменитый КуАИ — Куйбышевский авиационный институт.

* * *

Ужасно не нравится ему вопрос: «Как сложилась ваша жизнь?». Он сердится:

— Я сам ее складывал. Внешние обстоятельства тоже, конечно, не сбросишь со счета, но я себя, как говорится, создал сам.

А почему я стал технарем, специалистом по двигателям? Мне было не больше пяти лет, но я точно помню, что в областной газете тогда была напечатана статья. Читать я ее, естественно, не мог, но, наверное, слышал, как читали взрослые.

Речь там шла о том, что энтузиасты, в том числе и мой отец, главный инженер совхоза, смогли отремонтировать немецкий дизель. Запчастей не достать, новый покупать было очень накладно. Как они исхитрились — не знаю, но отремонтировали. Центрального энергоснабжения тогда не было, и этот дизель дал в наш поселок электричество, зажглись электролампочки!

А в шесть лет мне посчастливилось: летчик взял меня в кабину кукурузника — У-2. Мотор ревел, тащил в небо самолет, а внизу все и далеко, и как на ладони: вон наш дом, вон поля, дорога, речка... Этот восторг не описать словами.

Еще через несколько лет я сделал сам свой первый мотор. Знаете, что такое значок ЮАС? Нет? Это была моя гордость: получить значок «Юный авиастроитель». Я занимался в Бузулуке в авиамодельном кружке, и в 1940 году на городских соревнованиях моя модель с резиновым моторчиком пролетела 75 метров !

А еще неподалеку была свалка разбитых авиационных двигателей, наших и немецких, и ничего интереснее не было, чем копаться в них.

Я как-то написал:

Нет, основной мечтой своей

Я не желаю разменяться!

Уже полвека верен ей,

Как стал «движками»

увлекаться...

* * *

Кстати, и литературные мои увлечения — оттуда, из Бузулука. Я до сих пор помню, как учительница Алефтина Николаевна предложила мне издавать школьный журнал. Из литературной жадности, а может, просто никто больше не захотел участвовать, первый номер этого рукописного журнала я написал сам: и прозу, и стихи, и информации.

А первое стихотворение я написал и отнес в редакцию бузулукской газеты «Под знаменем Ленина» в 1944 году. Помню, руки дрожали, когда я развернул тот номер газеты. Напечатали! Подпись: В. Толоконников. Наверное, никто из читателей и не подозревал, что автор — четырнадцатилетний мальчишка. С тех пор вышли у меня сборники «Мы сердце стальное даем самолетам», «Здесь наше начало — отсюда наш взлет», «И МИГ, и СУ мы создавали»... .

Многие стихотворения стали песнями, музыку на них пишет композитор Елена Балашова: «Лето», «Без лишних слов», «По весне все новое в жизни начинается», «Идут дожди», «Березы плакучие»...

* * *

Ну а теперь о «работе на небо». ...Начало 80-х годов прошедшего века. В истребительной авиации — коренное переоснащение. Кто не успеет — отстанет, может быть, надолго, если не навсегда. У США и НАТО на подходе новейшие истребители Ф-15, Ф-16, Ф-18, «Мираж». У нас, как говорится, на выходе истребитель «поля боя» МИГ-29 и ударный истребитель-бомбардировщик СУ-27.

Но «на выходе» — термин расплывчатый. Самолеты еще на стадии доводки и заводских испытаний. И не готовы их «сердца» — двигатели. Ими занимались специалисты КБ — конструкторского бюро «Сатурн» под руководством корифея двигателестроения главного конструктора Архипа Люльки.

Темпы были, как во времена войны. Задача правительства: не за три-четыре, как предполагалось сначала, а за год-два организовать серийное производство с устойчивым темпом выпуска не менее одного двигателя в сутки.

Сразу предстояло решать три задачи: доводить двигатели в КБ, подготавливать производство на заводах и выходить на серийное производство.

Валентин Толоконников возглавлял тогда 3-е Главное управление Министерства авиационной промышленности. И был лично ответствен за все этапы создания и производства новейших двигателей, в том числе ставшего потом знаменитым двигателя АЛ-31Ф.

В этом двигателе почти четыре тысячи деталей. Создавать их надо было на двух наиболее подготовленных заводах — уфимском и московском «Салюте», и без того загруженных производством ранее налаженной техники.

Что-то вроде задачи о волке, козе и капусте. Все решалось на самом высоком уровне, вплоть до ЦК и Совета Министров. Выход нашли такой: на каждом из этих заводов делать не все детали будущих двигателей, а только свою половину. Таким образом, количество необходимой оснастки уменьшалось вдвое, и вдвое же увеличивалось количество деталей в производстве, поскольку каждый завод делал детали и на свою программу выпуска, и на программу выпуска завода-партнера.

На московском «Салюте» было попроще, все-таки под боком научно-исследовательские институты и конструкторское бюро для срочного решения все новых проблем. А Уфа далеко, к тому же тут намного больше номенклатура выпускаемых изделий, да еще шло освоение новых узлов для вертолетов.

И в начале 1986 года в связи с угрозой провала выпуска СУ-27 Совет Министров СССР заслушал отчеты ответственных за этот выпуск. Кого-то сняли с работы. Но наказаниями дело не исправишь. И Толоконникова на год командировали в Уфу.

Время было горячее, и его не хватало. Темп работы Толоконников задал такой. В 7 утра оперативка на сборке и испытаниях. В 10 общая оперативка. В 23 часа проверка выполнения утренних решений. И так всю неделю, даже по воскресеньям.

Заводские старожилы говорили, что так работали только в войну. Но тут на ходу и все время приходилось искать новые конструкторские и технологические решения. Одни научно-исследовательские институты внедряли вальцевание лопаток турбин, другие помогали осваивать титановое литье, третьи — направленную кристаллизацию, четвертые — шестерни повышенной точности и глубинное шлифование...

Конечно, Толоконникову приходилось быть едину во многих лицах: и конструктором, и технологом, и даже строителем, потому что строили новый мощный цех. И главное — организовать в единое русло многие тысячи больших и малых дел. Да и здоровья такой чудовищный темп не прибавил, это ясно.

Он снимал с работы не справившихся руководителей, пользуясь советами и кадровыми резервами министерства. Пришлось даже менять директора и главного инженера завода. На войне как на войне.

Валентин Михайлович — оригинальный человек. Вот, к примеру, как он решил не очень важную, но проблему: как приучить руководителей цехов и служб к дисциплине, к тому, что, скажем, оперативка начинается в 7.00, а кое-кто по привычке мог явиться и в 7.10. На входную дверь поставили замок с управлением от стола ведущего оперативку. После нее — «разбор полетов» с опоздавшими и не допущенными. И все, привыкли к порядку.

Или вот еще: Толоконникову часто приходилось бывать за границей, смотреть тамошние двигатели. После одной из командировок в Париж он, как полагается, предоставил полный технический отчет о недостатках устаревшего французского двигателя. А для узкого круга — стихотворный отчет в четыре строки, где слово «давно» рифмовалось с известным словом на «г».

Как бы то ни было, и тот АЛ-31Ф, и другие двигатели, которые несут в небо наши военные и гражданские самолеты и даже стоят на танках, были изготовлены вовремя и качественно.

* * *

Валентин Михайлович еще и автор гимна оренбургского землячества в Москве. Там есть строки:

Мы пришли из краев ковыля,

Что освоило в прошлом казачество.

Основали у башен Кремля

Оренбургское наше землячество.

Сейчас, в свои 75, он продолжает дело своей жизни — «сердца пламенные моторы».

Вильям САВЕЛЬЗОН

Фото автора


  • Статья в формате DJVU

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017