Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




Оренбуржье в годы первых пятилеток

  1. В БОРЬБЕ ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ ПЕРВОГО ПЯТИЛЕТНЕГО ПЛАНА 1928–1932 гг.
  2. ОРЕНБУРЖЬЕ В ГОДЫ ВТОРОЙ ПЯТИЛЕТКИ
  3. В ПЕРИОД ТРЕТЬЕЙ ПЯТИЛЕТКИ
  4. КУЛЬТУРНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

1. В БОРЬБЕ ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ ПЕРВОГО ПЯТИЛЕТНЕГО ПЛАНА 1928–1932 гг.

Первые шаги индустриализации. Индустриализация в крае началась со строительства в Оренбурге водонапорной башни на 80 тыс. ведер, с пуска городского фильтра для очистки питьевой воды, с сооружения насосной станции, которая помогла преодолеть кризис в снабжении питьевой водой города. Оренбуржцы ликовали. Еще одна стройка тех лет — электростанция «Красный маяк», начало которой было положено 1 мая 1928 г. Выработка электроэнергии с ее пуском в 1935 г. должна была возрасти более чем в 6 раз.

Принятый план первой пятилетки предусматривал строительство в крае двух электростанций, 32 мастерских для ремонта сельскохозяйственной техники, постройку 22 элеваторов. Намечалось построить в Саракташе завод по производству растительного масла, соорудить 29 скотобоен, Оренбургский хлебозавод, швейную и шорно-седельную фабрики, обеспечить строительство комбикормового завода и завода запчастей к сельскохозяйственным машинам, расширить сеть железных дорог. Капиталовложения по нашему краю должны были составить 430 млн. руб. Задачи были чрезвычайно трудными и напряженными.

Развертывание социалистического соревнования. Мощным рычагом в осуществлении пятилетнего плана стало ударническое движение. 29 апреля 1929 г. XVI Всесоюзная партийная конференция приняла обращение к рабочим и крестьянам, в котором призывала организовать соревнование во всех областях с целью успешного осуществления задач пятилетки.

Уже на другой день после опубликования обращения, собравшись на митинг, более 2 тыс. рабочих и служащих Оренбургского паровозовагоноремонтного завода горячо откликнулись на призыв партии и единодушно постановили включиться в социалистическое соревнование. 20 марта была создана первая показательная арматурная бригада из 5 комсомольцев во главе с Сергеем Киселевым, которая выполняла нормы выработки на 150–160%. Через несколько дней на этом же предприятии возникли еще две ударные бригады. К декабрю в разных цехах их было уже 29. Новые ударные бригады появились не только на паровозоремонтном заводе, они возникли на заводе «Орлес», металлозаводе № 3, в депо, на швейфабрике, у мукомолов и других предприятиях Оренбурга. В мае в соревнование включились шахтеры Илецких соляных промыслов, несколько позднее его подхватили рабочие Орско-Халиловских рудников.

С 1 ноября по 1 декабря 1929 г. проходил смотр рабочего изобретательства. В результате было организовано 20 ячеек общества «Техника — массам» и 45 кружков повышения квалификации, переквалификации и изобретательства. Все это делалось не только в Оренбурге, но и в Орске, Сорочинске. Организованную выставку технического творчества посетило более 10 тыс. человек.

7–9 декабря 1929 г. состоялась первая конференция ударных бригад Оренбургского округа. К этому моменту их насчитывалось 32. Рассмотрев результаты ударного труда за первый год пятилетки, конференция отметила, что план выпуска промышленной продукции по округу перевыполнен на 13%, производительность труда поднялась на 10%, значительно снизилась себестоимость продукции.

На первых порах соревнование в округе проходило под знаком создания ударных показательных бригад. Особое внимание уделялось борьбе с прогулами, браком, простоями. Значительное распространение получило тогда устройство «музеев брака». Изготовленную с браком продукцию выставляли в цехах на видном месте, сопровождая ее сатирическими плакатами. «Музеи брака» были одной из эффективных форм борьбы с бракоделами.

К маю 1930 г. в Оренбургском округе насчитывалось 94 ударные бригады. В 1930–1931 гг. возникают такие формы соревнования, как общественный буксир, сквозные бригады, бригады образцовой работы, бригады ДИП («Догнать и перегнать»), развернулось движение за хозрасчет. Основным лозунгом соревнующихся стал призыв: «Пятилетку в четыре года!» Соревнование все шире охватывало рабочих округа. Так, на паровозоремонтном заводе в мае 1931 г. в соревновании участвовало 2809 человек, или 78% всех рабочих предприятия. Дело шло к тому, что целые цехи приблизились к званию ударных.

Осенью 1931 г. на Оренбургском чугунолитейном заводе возникла одна из первых в округе бригада ДИП. При ее участии завод практически решил задачу замены дорогостоящих заграничных лемехов своими. Испытания, проведенные весною 1932 г., показали, что изготовленный на Оренбургском заводе лемех прочнее иностранного и в то же время в 6 раз дешевле.

Под руководством РКП(б) рабочие фабрик и заводов активно включились в движение изобретателей и рационализаторов, в работу общества «Техника — массам». На паровозоремонтном заводе в 1932 г. технической учебой была охвачена половина рабочих. В депо станции Оренбург было тогда 55 рационализаторов и изобретателей. Они внесли 191 рационализаторское предложение, давшее экономию более 74 тыс. рублей. За образцовые показатели работы депо было награждено переходящим Красным знаменем Самаро-Златоустовской железной дороги.

К концу первой пятилетки в округе уже насчитывалось 183 ударные бригады. Соревнование поистине становилось массовым.

Однако сталинское заявление о «крохоборчестве» Троцкого, который предлагал 18–20% ежегодного прироста промышленной продукции, а Сталин требовал 32–40%, привело к резкому увеличению заданий пятилетнего плана, подрыву сил, дисбалансу всех отраслей промышленности и в стране, и в Оренбуржье. В результате у нас в крае по натуральным показателям задания пятилетки не были выполнены. За второй год планы были выполнены только на ПВРЗ и в мелкокустарной промышленности. На крупных предприятиях произошло снижение показателей более чем на 9%. В следующем году план был выполнен только за один месяц, а в 1932 г. он был осуществлен только по местной промышленности.

Итоги первой пятилетки в промышленности. Труд рабочих Оренбуржья дал хорошие результаты. Валовая продукция всей промышленности Оренбургского округа выросла в 3,1 раза. Особенно интенсивно развивалась металлообрабатывающая промышленность, выпуск которой увеличился в 6 раз.

В 2,3 раза возросла выработка электроэнергии. Этот результат в значительной мере был достигнут благодаря вступлению в строй первой очереди электростанции «Красный маяк» в Оренбурге.

В городе начали работать шорно-седельная и две швейные фабрики, хлебозавод; был реконструирован почти заново мясокомбинат. Интенсивно строился комбикормовый завод, значительно мощнее стал деревообрабатывающий «Орлес». В 1931 г. дал первые запасные части для сельскохозяйственных машин завод «Трактородеталь» (позднее им. Кирова), заработал известковый завод. В последнем году пятилетки вступили в число действующих предприятий механические мастерские по ремонту оборудования мельниц и крупозаводов. В начале 1929 г. завершилось строительство железнодорожной линии Оренбург — Орск, был расширен узел станции Оренбург и депо. Через год начала действовать железнодорожная линия Орск — Троицк, упрочились связи Урала с Сибирью. Интенсивно развернулось строительство Орского мясокомбината.

В 1930 г. в Орско-Халиловском районе под руководством И. Л. Рудницкого были открыты полезные ископаемые, обнаружение которых дало основание академику А. Е. Ферсману, принимавшему непосредственное участие в организации поисковых работ, назвать Оренбуржье «жемчужиной Урала». В 1932 г. было открыто Блявинское месторождение меди.

В 1928–1929 гг. начались работы по укреплению берегов Урала.

Выполнению планов помогал энтузиазм людей, без которого было бы невозможно сдвинуть положение дел в промышленности, сельском хозяйстве, культуре.

Осуществление задач первого пятилетнего плана в развитии промышленности Оренбуржья вносило свою лепту в индустриализацию страны.

Коллективизация. Недород 1927 г. привел к тому, что товарного хлеба в Оренбуржье было получено не 16 млн. пудов, как в 1926 г., а всего только 5 млн. пудов. Переход к чрезвычайным мерам в осуществлении хлебозаготовок, навязанный Сталиным и его окружением, означал отказ от принципов нэпа. Переход к репрессиям вызвал стремление крестьян к сокращению посевов, так как наличие их больше минимальных или средних размеров было небезопасно.

Насильственные меры по отношению к крестьянину стали применяться и в Оренбургском округе. Документы местного Центра документации новейшей истории свидетельствуют о широком применении обысков крестьянских дворов и амбаров, о запрещении торговли хлебом, о конфискации зерна по дороге на рынок, о допросах и репрессиях, об интенсивном применении статьи 107 УК. Народным судам руководство дало команду, чтобы дела по данной статье рассматривались «в ускоренном порядке с обязательной конфискацией». Удары репрессий не всегда направлялись против кулаков. Так, в селе Софиевка Шарлыкского района 17 мая 1928 г. суд осуществил санкции по статье 107 к братьям Илье и Михаилу Свиридовым, лишив их свободы на три месяца с конфискацией имущества. У Ильи в хозяйстве было 2 коровы и 1 лошадь, у Михаила — 2 лошади и 1 корова. Их хозяйства никак нельзя было отнести к кулацким. Братья подали обжалование в губернский суд, однако кто-то из Оренбургского губкома ВКП(б) дал команду приговор оставить в силе.

Аресты применялись и к середнякам, и даже беднякам. Практиковались ночные вызовы к уполномоченным по хлебозаготовкам, что порождало панику среди сельчан. Для обеспечения хлебозаготовок применялись заградительные отряды, которые препятствовали вывозу хлеба на рынок. В Шарлыкском и других районах использовалась и такая мера, как снятие сит на мельницах, чтобы нельзя было перемалывать зерно на муку. Была установлена норма помола — 4 пуда на едока на 3 месяца, т. е. меньше 700 г на человека в день. Запрещалась продажа крестьянам промышленных товаров без справок о сдаче хлеба.

Крестьяне стали прятать хлеб, скармливать скоту, отдавать на хранение беднякам. Жители сел Оренбуржья говорили: «Опять настал 19-й год. Начали отбирать хлеб и ввели непосильные налоги». В письме крестьянина Торокина из села Зобова говорилось: «Нет ничего глупее, как насилие в хозяйственных отношениях». В Новопокровском районе из 25 человек, привлеченных по статье 107, большинство были середняки, имевшие «излишки» до 50 пудов, тогда как на одного человека в год необходимо было в среднем 25 пудов. Но ведь в крестьянской семье тогда обычно было 4–5 человек.

Положение осложнялось насильственными методами распространения государственного займа. В Илекском районе тех, кто не выкупал облигаций, сажали под арест и держали там до тех пор, пока родственники не вносили полностью соответствующую сумму. Так было и в селе Красноярском Краснохолмского района.

На апрельском, а затем июльском пленумах ЦК РКП(б) был взят курс на форсированную коллективизацию. К октябрю 1928 г. в Оренбургском округе было 532 колхоза, объединявших 7237 крестьянских хозяйств, или 4,8% от всех. А на пленуме Оренбургского окружкома ВКП(б) 5–7 декабря 1928 г. было принято решение к весне 1929 г. увеличить сеть колхозов и простых объединений до 7,2%.

Первые советские тракторы, прибывшие в Соль-Илецкий район в 1929 г.

Первые советские тракторы, прибывшие в Соль-Илецкий район в 1929 г.

Осуществлению коллективизации в нашем крае, как и по всей стране, способствовало создание на базе тракторных колонн машинно-тракторных станций. Так, к середине 1929 г. возникла первая в оренбургских степях машинно-тракторная станция в с. Желтом, вслед за ней возникли Перевелоцкая, Каргалинская, Гамалеевская, Сорочинская. К концу 1930 г. их насчитывалось уже 20. При этом 4 тракторные колонны были кооперативными. Бурными темпами рос и тракторный парк округа. Если в 1928 г. тракторов было около 300, то к началу 1930 г. их число выросло более чем в 5 раз. В связи с этим остро стал вопрос о подготовке кадров трактористов. Вслед за открывшимися курсами при Сорочинской МТС стали возникать подобные в ряде городов и сел Оренбуржья.

Любопытны данные о динамике роста коллективных хозяйств по Оренбуржью. В 1927 г. было 185 коммун, 383 артели, 761 тоз, 379 машинных товариществ, 573 мелиоративных, 396 животноводческих. Через год стало 373 коммуны, 666 артелей, 3436 тозов, 1270 машинных товариществ, 265 семенных, 360 мелиоративных. Наблюдается значительный рост большинства форм, особенно тозов и машинных товариществ. Были созданы совхозы-гиганты в Каргале и в Бузулукском округе (позднее совхоз Электрозавод), где только под зябь вспахали 10 тыс. гектаров.

Уже на этом этапе складывающаяся командно-административная система проявляла себя во всякого рода ограничениях. Так, окружком ВКП(б) осудил постройку отдельных домиков, дележ скота и птицы в коммуне «Правда» и предложил изжить эти болезненные уклоны. В Перевелоцком районе коллективу «Трудовое казачество» было запрещено сдавать землю в аренду.

Первый пятилетний план предусматривал охват колхозами 18–20% крестьянских хозяйств. Коллективизация первоначально была рассчитана на 20–25 лет. В Оренбуржье предполагалось, что колхозное поле в 1933 г. составит 28,7% всех посевных площадей.

Коллективизация сельского хозяйства проходила в обстановке ожесточенной борьбы с кулачеством, которое развернуло бешеную агитацию против колхозов, запугивало желающих перейти к коллективным формам ведения хозяйства, организовывало террористические акты против активистов колхозного строительства. Только в ноябре-декабре 1929 г. в Оренбургском округе кулаки совершили 46 убийств и покушений на активистов коллективизации. В селе Хабарное (невдалеке от позднее возникшего города Новотроицка) кулаками были зверски убиты комсомольцы А. Лямзин и А. Фальков. Кулаки пустили в ход ножи против комсомольцев в Подгородней Покровке, где в 1929 г. был организован колхоз «Ленинский путь».

На ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) в 1929 г. Сталин дал установку на подхлестывание коллективизации. Об этом он писал в своих статьях «Год великого перелома» и «К вопросам аграрной политики СССР». Сложившийся к тому времени культ Сталина способствовал абсолютизации его высказываний, как важнейших директив партии. Это проявлялось и в том, что уже тогда шесть колхозов Оренбургского округа носило его имя. О складывании культа свидетельствовало письмо Сталину второй Оренбургской городской партконференции, которое начиналось словами: «Тебе, лучшему ученику Ленина, вождю нашей партии и международного пролетариата».

Задания пятилетнего плана, тщательно проработанного и весьма напряженного, стали произвольно пересматриваться в сторону увеличения. Началась безумная гонка коллективизации. В стране насчитывалось около 30 тыс. тракторов, а уже была провозглашена сплошная коллективизация, хотя в колхозах страны к осени

1929 г. находилось всего лишь 7% крестьянских хозяйств. Поскольку соответствующих материальных и духовных предпосылок было явно недостаточно, в ход пошли насильственные меры, развернулась кампания «ударничества» по созданию колхозов.

Оренбургский окружком в декабре 1929 г., отбросив прежние решения, распорядился вовлечь к весне 1930 г. 80%, а к осени — 90% крестьянских хозяйств в колхозы.

На основе сплошной коллективизации развернулась ликвидация кулачества как класса. В Оренбургском округе был конфискован и передан колхозам скот и сельскохозяйственный инвентарь, примерно 6 тысяч кулацких хозяйств. Кулацкие хозяйства в 1927–1928 гг. сократились до 1,3%. В период сплошной коллективизации в 1929–1930 гг. были подвергнуты раскулачиванию 4% крестьянских хозяйств. Это означает, что более половины раскулаченных составляли середняки. К октябрю 1929 г. коллективизация в округе охватила 14,7% крестьянских хозяйств.

Под страхом раскулачивания в результате дробления численность крестьянских хозяйств в Оренбуржье с 1928 по 1930 гг. выросла на 50 тыс.

Коллективизация, осуществляемая методом давления и репрессий, вызвала недовольство среди крестьянства и нанесла урон сельскому хозяйству. При вступлении в колхоз крестьяне забивали скот. Согласно переписи 1930 г., поголовье всего скота сократилось на 21%; лошадей — на 10%, крупного рогатого — на 27%, овец — на 19%, свиней — на 73%. В дальнейшем этот процесс продолжался, и в 1931 г. сокращение поголовья составило уже 35,4%, а по пятилетнему плану предполагался ежегодный прирост поголовья на 19,3%. Зерна было заготовлено к концу ноября 1931 г. всего только 42,4% того, что намечалось по Оренбургскому району.

Проявившееся в многообразных формах сопротивление населения заставило Сталина и его окружение «осудить» насильственные методы коллективизации. Появилась его статья «Головокружение от успехов», порицавшая командные и репрессивные меры и взвалившая всю вину за их применение на местных работников, но оценившая достигнутый 50% уровень коллективизации как большой успех.

Обычно извращения, допущенные в период коллективизации, оценивались как перегибы, на самом деле это было попрание самих принципов кооперирования. В результате уровень коллективизации с 81% в марте дошел к концу мая до 48,5%.

Из урожая 1930 г. в среднем на едока в колхозах Оренбургского района оставалось 13, а на единоличника — 10 пудов зерна на год. Это значит, что тогда у крестьянина было по полкилограмма зерна на день. Но район должен был сдать еще тысячу тонн зерна, и норма сократилась бы еще больше. Даже в годы гражданской войны и продразверстки в среднем у крестьян на едока приходилось 17 пудов хлеба.

Положение рабочих в 1930 г. было не намного лучше, чем у крестьян. В Оренбурге, как и в других городах страны, они получали по карточкам, введенным в 1928 г., по 700 г хлеба на день, нормы других категорий населения были еще ниже. В магазинах выстраивались длинные очереди, печеного хлеба в Оренбурге не хватало. Именно в тот период создается система закрытых распределителей. Их тогда в Оренбурге было 16, из них 7 — для железнодорожников. Но и они не гарантировали благополучия в обеспечении рабочих. Так, в столовых Оренбурга были периоды, когда отсутствовали жиры и крупы. Имелись и большие трудности с топливом.

Для оказания помощи в осуществлении коллективизации из Оренбурга были посланы в 1929–1930 гг. 1506 коммунистов, а для оказания поддержки во всех видах сельхозработ — 6913 комсомольцев, из них на постоянную работу — 181. Из Москвы и Орехово-Зуево в село прибыло около 400 представителей рабочего класса.

Шефская работа сосредоточивалась тогда прежде всего на ремонте тракторов. При оренбургских авиамастерских, артели «Красный партизан», при техникуме механизации сельского хозяйства создавались ударные бригады из рабочих для ремонта сельскохозяйственной техники. Рабочие Оренбурга изготовляли щиты для снегозадержания, оборудовали теплые конюшни, скотные дворы, вагончики для полевых станов.

По инициативе авиамастерских, взявших шефство над Сакмарской МТС, предприятия Оренбурга определили конкретные участки работы: 17-й металлозавод стал шефствовать над Нежинской, паровозоремонтный завод — над Каргалинской, 7-й металлозавод — над Нижне-Павловской МТС и т. д.

Ветеринарная служба Оренбурга, преподавательский состав зоотехникума периодически проводили профилактические осмотры тягла в колхозах и совхозах. В Оренбурге была организована подготовка кадров трактористов. Городские организации оказывали помощь в приобретении культинвентаря, в осуществлении агитационно-пропагандистской работы на селе.

Коммунистам и комсомольцам Оренбургского округа приходилось участвовать в выполнении известного постановления ЦИК от 7 августа 1932 г. Этот закон был написан собственноручно Сталиным. В народе его называли законом о «пяти колосках». При этом развернулись такие «мероприятия», как «позорный столб», «показательные процессы». Создавались особые бригады для борьбы с хищениями зерна. Только с января по май 1933 г. в Оренбургском округе были осуждены по этому закону 353 человека. Среди вынесенных приговоров была и смертная казнь.

Урожайность зерновых в Оренбургском округе в 1932 г. составила только 2–2,5 центнера с гектара, и крестьяне сумели сдать государству только 1 млн. пудов. Поголовье скота продолжало снижаться.

В годы первой пятилетки ни увеличение тракторного парка, ни расширение посевных площадей не привели к повышению производства зерна.

В 1932–1933 гг. в стране разразился голод, так как был получен меньший урожай, а вывоз зерна за границу не сократился. Голод заставлял принять срочные меры для укрепления колхозного строя, улучшения организации труда. Изменение психологии крестьянства по существу только началось. Не было опыта ведения крупного хозяйства.

Для ликвидации этих трудностей январский пленум ЦК и ЦКК 1933 г. принял решение о создании политотделов при МТС и совхозах. Среди коммунистов, направленных начальниками политотделов в крае были А. А. Ростовщиков, Н. П. Марков, Т. Ф. Ильин. Первыми получили направление в политотдел секретарь комсомольской ячейки электросварочного цеха ПВРЗ Д. Корнилов, затем Вошанин и Терехов. Со швейной фабрики отправились на работу в деревню Каширин, Курочкин, Мишанин. Политотделы помогали рационально расставить силы, наладить оплату труда в соответствии с личным вкладом.

Однако 1933 г. был в Оренбуржье снова недородным. В среднем с гектара собрали по 3–4 центнера. В тот год выселение кулаков, теперь уже с участием политотделов, продолжалось. 13 сентября 1933 г. на заседании бюро горкома партии совместно с начальниками политотделов МТС обсуждали вопрос о кулацких поселениях НКВД и постановили: «Признать, что спецпереселенцы находятся в исключительно тяжелом положении: поселки не организованы, землянок нет, люди находятся в степи под открытым небом, накануне массовых заболеваний». Далее в постановлении отмечалось, что необходимо обеспечить поселки лесоматериалами для строительства землянок, разрешить спецпереселенцам произвести уборку урожая со своих огородов.

Политотделы при МТС были чрезвычайными, временными органами. Вскоре они были ликвидированы, а в МТС появилась должность зам. директора по политчасти.

Начавшееся в стране в конце августа 1935 г. стахановское движение нашло последователей в Оренбуржье. Федор Колесов из Погроминской и Федор Широков из Переволоцкой МТС были первыми стахановцами среди хлеборобов. Их имена стали известны всей стране, их примеру последовали В. Дубский, И. Варакин, Н. Комов, А. Ненашев, А. Оськин, В. Широков и многие другие.

1935 г. стал годом большого урожая в Оренбуржье. Валовой сбор зерна составил 160 млн. пудов. Область дала стране 70 млн. пудов хлеба.

Коллективизация на 1 июля 1935 г. достигла в Оренбуржье 91,7%. Одним из методов активизации широких масс было поощрение лучших коллективов: занесение на Красную доску, вручение Красных знамен, награждение наиболее инициативных и результативных орденами. Свою роль сыграла организация соцсоревнования.

Когда в 1936 г. прославленная трактористка страны П. Ангелина призвала организовать соревнование женских тракторных бригад, первое место в Оренбургском крае заняла бригада Анны Лаптевой из Благовещенской МТС, а затем третье место в стране. После призыва Прасковьи Ангелиной: «Девушки, на трактор!» — за его руль в Оренбуржье сели 7059 человек.

Летом 1936 г. в области соревновались сотни механизаторов-стахановцев. Одержали победу братья Александр и Архип Оськины. Они тогда убрали 3058, а в 1939 г. за сезон осилили 6012 гектаров.

Отмечая энтузиазм коммунистов и комсомольцев тех лет, нельзя не сказать о господстве командно-административной системы, которая с помощью террора и репрессий пыталась жестко регламентировать жизнь простых людей. «Мы имеем уже ряд безобразий, отмечалось в докладе секретаря окружкома Акулинушкина, — которые творятся в колхозах, у колхозников собственный интерес еще не совсем изжит. В Краснохолме колхозники решили оставить по 25 пудов хлеба на едока. По этим настроениям мы должны ударить развернутой работой».

Тех, кто пытался отстоять интересы колхозников, обвиняли в том, что они являются «кулацкими приспешниками», «оппортунистами». Их исключали из партии, комсомола, увольняли с работы, а позднее стали расстреливать как «врагов народа».

3 августа 1933 г. на заседании бюро горкома ВКП(б) было заявлено: «В Черноречье уборка проходит в условиях развертывания классовой борьбы. Здесь классовый враг ударил по коню, конь гробится, ухода за ним нет. В колхозе 2-й пятилетки из 103 лошадей выбыло из строя 38. В этом колхозе выявлено 10 классовых врагов — чуждого элемента, начиная с колхозников и кончая учетчиками». Любой промах в работе мог быть тогда расценен как вредительство со всеми вытекающими из этого последствиями.

Во многих партийных документах тех лет существование единоличного хозяйства рассматривалось как чуждое социальное явление. Так, на бюро горкома 29 декабря 1933 г. секретарь горкома Гришаев подчеркивал: «Нужно твердо знать, что в СССР нет места для развития единоличного хозяйства. Колхозник, купивший лошадь, уже не колхозник. Он будет неизбежно изнутри подрывать колхоз».

Массовые репрессии, насильственные методы коллективизации, проведение индустриализации любой ценой, бюрократизация в руководстве страной и партией являлись серьезным препятствием на пути прогресса страны.

2. ОРЕНБУРЖЬЕ В ГОДЫ ВТОРОЙ ПЯТИЛЕТКИ

Образование Оренбургской области. 7 декабря 1934 г. Президиум ВЦИК принял постановление об образовании Оренбургской области. Тогда же был утвержден состав оргкомитета Советов Оренбургской области, председателем которого был назначен К. Е. Васильев. Выделение самостоятельной области из состава Средневолжского края было обусловлено переменами, происшедшими в годы первой пятилетки в нашем крае, а также задачами, поставленными на XVII съезде партии, о создания новых опорных баз индустриализации на востоке страны. Одной из таких баз должен был стать Орский район, так как здесь нашли крупные залежи медной, железной и никелевых руд, асбеста, каменного угля и др. Эти открытия были сделаны под руководством академика А. Е. Ферсмана, который организовал одну из экспедиций на Южный Урал. Именно он и назвал Оренбуржье «жемчужиной Урала». Непосредственные изыскания проводил в Орско-Халиловском районе И. Л. Рудницкий. Он приехал в наш край на практику, но полюбил его и остался навсегда. С его именем были связаны все новые и новые открытия подземных богатств. Не случайно, что позднее он стал лауреатом Ленинской премии, почетным гражданином города Новотроицка.

И. Л. Рудницкий

И. Л. Рудницкий

Освоению природных богатств края, развитию тяжелой промышленности способствовала прокладка в 1929 г. железнодорожной ветки Оренбург-Орск и магистрали Орск-Карталы в 1930 г. Кроме того, выход области из состава огромного Средневолжского края давал возможность повышения эффективности ее управления.

14 февраля 1934 г. был сделан первый шаг в этом направлении, и в составе пока еще Средневолжского края выделился Орский промышленный округ. А вскоре образовалась и Оренбургская область, территория которой была определена в современных границах с площадью в 124 тыс. кв. км и численностью населения в 1 млн. 682 тыс. человек.

В состав области вошли города Оренбург, Орск, Бузулук, Бугуруслан, Абдулино, а также районы Абдулинский, Боклинский, Бугурусланский, Пономаревский, Сорочинский, Покровский, Соль-Илецкий, Каширинский, Шарлыкский, Саракташский, Буртинский, Орский, Кваркенский и Домбаровский. Кроме этого, в область были включены западная часть Адамовского, северные части Акбулакского и Степного районов, вся северная территория Тепловского Казахской АССР и южная Зиянчуринского районов Башкирской АССР. Вскоре началось издание областной газеты «Оренбургская коммуна» тиражом 85 тыс. экземпляров.

8 января 1935 г. открылся первый областной оренбургский съезд Советов, на котором был избран исполком областного Совета, его председателем стал К. Е. Васильев. Вскоре было образовано 52 района.

Стахановское движение. Когда в конце августа 1935 г. труженики фабрик изаводов, колхозных и совхозных полей узнали о подвиге Алексея Стаханова, новый этап социалистического соревнования охватил Оренбургскую область, как ивсю страну. Особый размах получило стахановскоедвижение после декабрьского Пленума ЦК ВКП(б),специально рассмотревшего вопрос о соцсоревновании в промышленности и на транспорте.

В этот период под руководством коммунистов был организован поход рабочих за овладение техникой. Рабочие электростанции «Красный маяк», шорно-седельной фабрики и других предприятий организовывали курсы, успешно сдавали технические экзамены, устраивали викторины, конкурсы. Комсомольцы и молодежь многих предприятий города устраивали «технические бои», на всех фабриках и заводах были организованы постоянные, как их называли тогда «технические» консультации. Активно включившись в процесс овладения современной техникой, представители рабочего класса все чаще и шире показывали образцы высокопроизводительного труда. Все это стало ступенью к развертыванию стахановского движения.

В июле 1935 г. на строительстве крекинга в Орске произошла заклинка, грозившая надолго затормозить ход работ. Надо было поднять и установить 60-тонную колонну Баджейра высотой 20 метров. Блоки подъемных стрел могли выдержать только 20 тонн. По скромным подсчетам на ожидание более мощного подъемного крана должно было уйти не менее месяца. И тогда бригада такелажников во главе с А. Сорокиным взялась за дело, сумела, применив технические знания и смекалку, воздвигнуть колонну на пятые сутки, выиграв таким образом не менее месяца в темпах строительства крекинга. С особым энтузиазмом работали, перевыполняя производственные задания на строительстве нефтеперерабатывающего завода в Орске В. Нетесанов, В. Пшеничный, замечательно трудился коллектив бригады Завьялова и многих других. В первых рядах ударников второй пятилетки шли и работники железнодорожного транспорта. На паровозоремонтном заводе зачинателем стахановских методов работы стал токарь В. Г. Данилов, выполнявший сменные задания на 400–500%. В мае 1936 г. он был награжден значком стахановца. В переднюю шеренгу стахановцев на Илецких соляных промыслах выдвинулся А. И. Лукьянчиков, выполнявший на кузнечных работах по 3–4 нормы. Выполнение норм выработки на 150–170% становилось обычным делом Трудовых коллективов.

На строительстве никелькомбината в Орске самоотверженно трудилась знатный штукатур Варвара Межова. Стахановцы Оренбуржья, как и всей страны, ломали старые отжившие нормы выработки, показывали, на что способны люди, овладевшие новой техникой.

Стахановское движение с каждым месяцем становилось все более массовым, обеспечивало успех в борьбе за выполнение плана второй пятилетки в срок. В области стали широко распространяться стахановские сутки, пятидневки, декадники и месячники, способствующие переходу на прогрессивные методы работы все более широких масс трудящихся. Именно массовость движения позволила вдвое повысить производительность труда на заводе им. Кирова, в два с половиной раза выросла программа комбикормового завода, который был тогда вторым по мощности среди такого рода предприятий в Советском Союзе. Увеличение количественных показателей уже тогда в лучших коллективах сочеталось с ростом качества продукции. За достигнутые результаты в повышении качества продукции завод им. Кирова получил Всесоюзную премию в сумме 30 тыс. рублей. В два с половиной раза выросла программа Оренбургского комбикормового завода, который в те годы считался вторым по мощности в СССР. К концу 1937 г. в промышленности области уже было почти 10 тыс. стахановцев и более 4,5 тыс. ударников. Они составляли 15% городских рабочих, т. е. охватывали лучшую их часть, но не основную массу.

Росло число рационализаторов и изобретателей, к началу 1936 г. их было в области более 3 тыс. человек. Стахановское движение распространилось и в сельском хозяйстве. Однако оно имело и отрицательные стороны. На некоторых предприятиях увлеклись постановкой рекордов, иногда погоня за сверхрезультатами приводила к выходу из строя дорогостоящей техники.

Организационно-хозяйственное укрепление колхозов. К началу второй пятилетки остро ощущалась необходимость в преодолении голода и укреплении колхозов. Изменение психологии крестьянина по существу только начиналось. Необходима была борьба за новую дисциплину труда. Но сказывалось отсутствие опыта ведения крупного коллективного хозяйства. В некоторые колхозы проникли кулаки.

Для преодоления этих трудностей Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), состоявшийся в январе 1933 г., принял решение о создании политотделов при МТС и колхозах. Укрепление колхозов стало задачей не только партийных, но и комсомольских организаций. В дни, когда комсомольцы Оренбурга узнали о постановлении Пленума, многие из них вслед за коммунистами подавали заявления с просьбой послать их на работу в деревню. Одним из первых получил направление в политотдел секретарь комсомольской ячейки электросварочного цеха ПВРЗ Данил Корнилов. Его примеру последовали другие добровольцы завода.

С созданием политотделов в колхозах началась новая жизнь. Они помогали расставить силы на решающих участках производства, вели решительную борьбу с кулацкими приспешниками, по-социалистически организовывали труд крестьян.

Значительные перемены произошли во многих колхозах, которые с помощью политотделов при МТС боролись за осуществление выдвинутого на Первом Всесоюзном съезде колхозников-ударников лозунга партии: «Сделать колхозы большевистскими, а колхозников зажиточными!»

Политотделы при МТС организовали социалистическое соревнование в деревне. На всю область прославились комсомольцы-трактористы Сафрон Бочкарев из Халиловского зерносовхоза, Иван Аболихин из Тоцкой МТС и другие.

Начавшееся в конце августа 1935 г. стахановское движение было связано не только с овладением новой техникой, передовыми методами труда в промышленности, но проникло и в сельское хозяйство. «Когда весть о Стаханове дошла до наших колхозов, до наших МТС,— вспоминал один из знатных сельских новаторов Ф. И. Колесов,— мне и другим комбайнерам показалось, что будто мы уже давно ждали этой вести, будто Стаханов нам только напомнил о том, что мы можем и что мы должны делать».

Ф. Колесов из Погроминской МТС и Ф. Широков из Переволоцкой МТС были первыми стахановцами среди оренбургских хлеборобов. Имена их стали известны всей стране.

4 октября 1935 г. секретарь обкома партии А. Ф. Горкин, обращаясь к комбайнерам Ф. Колесову и Ф. Широкову, писал в газете «Оренбургская коммуна»: «Поздравляю с успешным завершением уборки... Долг всех машинистов и трактористов области — равняться на вас, борясь за быстрейшее завершение обмолота и подъема зяби». Их примеру последовали сотни и тысячи молодых тружеников Оренбуржья. Лучшие из них были награждены орденами Ленина.

Организационно-хозяйственное укрепление колхозов, развернувшееся в оренбургской деревне стахановское движение лежали в основе успехов, одержанных в этот период в завершении коллективизации, в увеличении производства сельскохозяйственной продукции.

Итоги второй пятилетки. За годы второй пятилетки валовая продукция всей промышленности выросла по сравнению с 1932 г. на 57%, производство электроэнергии увеличилось в 4,4 раза, выпуск металлорежущих станков — в 3,3, производство кирпича — в 5,1 раза. Последнее ярко свидетельствовало о грандиозном размахе строительных работ в Оренбуржье.

Средства, вложенные в годы первой и второй пятилеток в развитие только одного Орско-Халиловского комплекса, в 3 раза превышали капиталовложения, выделенные на строительство ДнепроГЭСа.

Если в начале первой пятилетки социалистическая промышленность составляла только 57,5%, то теперь она полностью вытеснила всякого рода частные и акционерные предприятия. Капиталистическая и мелкая частная промышленность перестали существовать.

За годы второй пятилетки в Оренбурге вступили в строй комбикормовый завод, крупная по тому времени пуховязальная фабрика, на полную мощность действовала теперь электростанция «Красный маяк». Реконструированы и расширены 10 предприятий областного центра. Завершилось строительство нефтепровода Каспийск-Орск.

Интенсивно развивалась новая база индустриализации страны в Орско-Халиловском районе. По приказу Г. К. Орджоникидзе здесь было создано Управление уполномоченного Наркомата тяжелой промышленности, которое возглавлял член большевистской партии с 1904 г., бывший руководитель строительства Кузнецкого гиганта С. М. Франкфурт. В 1935 г. вошли в строй первые мощности нефтеперерабатывающего завода, интенсивно шло строительство ТЭЦ, развернулось во всю ширь сооружение никелевого комбината, полным ходом строился завод металлоконструкций. Наращивал свои мощности один из крупнейших в Европе Орский мясокомбинат.

В 1935 г. была отменена карточная система.

Открылось регулярное движение на железнодорожной линии Илецк — Уральск. В 1936 г. началось капитальное переоборудование Илецкого соляного промысла. Все сказанное выше преобразило облик Оренбуржья, способствовало превращению области в индустриально-аграрную.

В области, как и в стране, завершилась коллективизация сельского хозяйства. Сбор зерна в 1937 г. по сравнению с 1913 г. увеличился в 2 раза, возросло поголовье скота. Около 13 тыс. тракторов, 6 тыс. комбайнов работали на полях края.

В годы второй пятилетки в городах Оренбуржья осуществился переход ко всеобщему семилетнему образованию.

Победа социализма в СССР была закреплена в Конституции, принятой 5 декабря 1936 г. Через год прошли выборы в Верховный Совет СССР. Оренбургская область послала в него 6 своих депутатов. Среди них: комбайнеры Ф. И. Оськин, Я. А. Беззубов.

3. В ПЕРИОД ТРЕТЬЕЙ ПЯТИЛЕТКИ

Основные задачи. Итоги развития СССР за годы второй и задачи третьей пятилетки рассмотрел XVIII съезд ВКП(б), проходивший в марте 1939 г. Предусматривая крупные задачи в области повышения экономического потенциала страны, съезд особое внимание уделил дальнейшему развитию восточных районов, и в частности, Урала. Эта задача имела важнейшее народнохозяйственное и оборонное значение, что в обстановке нарастающей опасности войны было чрезвычайно важно. В резолюции съезда особенно выделялась важность строительства ТЭЦ и Южно-Уральского никелевого комбината в Орске, развертывание работ по закладке металлургического завода на базе халиловских руд. Эти задачи на период третьей пятилетки были выдвинуты перед тружениками Оренбуржья в качестве центральных. Предусматривались дальнейшее развитие и механизация сельского хозяйства.

В конце 1938 г. Оренбургская область была переименована в Чкаловскую, а г. Оренбург в г. Чкалов.

Осуществление задач третьей пятилетки. Решения XVIII съезда ВКП(б) воодушевили тружеников Оренбуржья на новые дела. Развернулось движение многостаночников, за совмещение профессий, усилилась деятельность рационализаторов и изобретателей, стали организовываться первые стахановские школы.

В октябре 1939 г. на одном из ведущих предприятий Оренбурга — ПВРЗ работали 23 многостаночника и 35 рабочих совмещали профессии. В результате здесь сократились простои, уплотнился рабочий день. На швейной фабрике 247 работников выполняли по две сменных нормы. Движение многостаночников было подхвачено на заводе им. Кирова, сапоговаляльной фабрике и других предприятиях не только Оренбурга, но и Орска, Бузулука, Соль-Илецка. Широко развернулось соревнование и среди домбаровских шахтеров. Областная комсомольская организация направила сюда 1200 комсомольцев, которые энергично включились в строительство домбаровских угольных шахт и железнодорожной ветки Орск — Домбаровка. В феврале 1940 г. начала работать одна из первых стахановских школ на никелькомбинате.

Осенью 1940 г. было принято важное правительственное решение о создании государственных трудовых резервов: организовывались школы фабрично-заводского обучения, ремесленные и железнодорожные училища. Горячо откликнулись на него юноши и девушки области, подав более 20 тыс. заявлений с просьбой зачислить их в школы ФЗО и ремесленные училища.

Созданная система трудовых резервов сыграла большую роль в подготовке квалифицированных кадров рабочего класса для всех отраслей народного хозяйства.

За годы третьей пятилетки валовая продукция промышленности выросла на 53%.

В ноябре 1938 г. Орская ТЭЦ дала первый ток для промышленных предприятий, а уже через год ее мощность возросла в несколько раз. В этом же году стал выпускать продукцию завод металлических конструкций. С февраля 1939 г, ведет отсчет выпуска чистого никеля Южно-Уральский никелевый комбинат. Вступила в строй первая очередь медно-серного комбината. В эти годы началось строительство цехов Орско-Халиловского металлургического комбината.

В 1938 г. в районе города Бугуруслана была получена первая промышленная нефть, завершено строительство нефтепровода Гурьев — Орск, вступила в строй железнодорожная ветка Орск — Домбаровка, начато строительство железнодорожных линий Орск — Кандагач, Орск — Карталы.

Наметились некоторые успехи и в сельском хозяйстве области. В 1939 г. уже 97,6% крестьянских хозяйств вошли в колхозы. Значительно выросли посевные площади. Если до революции они составляли 2071,3 тыс. гектаров, то теперь засевалось 3628,8 тыс. В сельском хозяйстве накануне войны работало 19,2 тыс. тракторов, 6,1 тыс. комбайнов.

Выработка электроэнергии к 1940 г. выросла более чем в 8 раз. Добыча нефти составила 29 тыс. тонн, почти вдвое увеличилась добыча железной руды, в три раза больше стали изготавливать кирпича.

В период первых лет третьей пятилетки усилилось внимание к военно-спортивной работе. Только в 1940 г. в области было подготовлено и обучено различным военным специальностям (летчиков, стрелков, пулеметчиков, связистов) около 45 тыс. человек.

Репрессии. С 1927 г. в Оренбургский край, как и до 1917 г., стали прибывать судебно и административно высланные. Первая партия насчитывала 160 человек. Рассматривая этот вопрос на заседании горсовета, было отмечено «весьма вероятное увеличение их в будущем». Докладчик информировал, что прибывшие «в большинстве случаев не имеют никаких средств к существованию и не пользуются поддержкой в смысле получения работы». В обстановке безработицы в городе проблема трудоустройства ссыльных была чрезвычайно острой.

В это же время проводилась кампания по закрытию церквей, мечетей, кирх, костелов, синагог, молитвенных домов со снятием колоколов и передачей их в фонд индустриализации, переходом зданий под клубы и школы. Сохранившиеся подписные листы собраний, на которых решались вопросы закрытия Нового собора, Воздвиженской, Петропавловской, Дмитриевской, Богословской и Михайловской церквей, а также упразднения мечети в поселке Карачи, говорят о том, что решения не всегда принимались единогласно. В мае 1932 г. в центре Оренбурга был взорван Кафедральный собор.

В Оренбурге в 1930 г. уже проживало 7 тыс. лишенцев (лишенных избирательных прав), а с членами их семей — примерно 35 тыс. человек. На второй Оренбургской конференции ВКП(б), учитывая продовольственные трудности, была дана команда «не кормить классового врага», т. е. не выдавать им продовольственных карточек.

Десять месяцев в 1932 г. просидели в тюрьме несколько студентов Оренбургского железнодорожного техникума за «недовольство материальными условиями жизни работников путей сообщения». Так кратко сказано в документе.

С конца 20-х — начала 30-х годов создаются внесудебные репрессивные органы — двойки и тройки, в 1934 г., еще до убийства С. М. Кирова, было создано особое совещание при НКВД. Эти органы стали орудиями массового конвейера репрессий, а после убийства С. М. Кирова начался поистине их разгул. Было издано постановление ЦИК «О порядке ведения дел о подготовке и совершении террористических актов», принятое по предложению Сталина в срочном порядке. Никогда в истории юридические документы не создавались в столь короткий срок. На его основе дела стали рассматриваться не более, чем в 10 дней, без сторон обвинения и защиты. Кассационное обжалование не принималось, приговор немедленно приводился в исполнение. Число арестованных по этому виду преступлений резко возросло. 29 июля 1936 г. была издана инструкция о допустимости любых методов следствия.

Террор, проходивший в 1928–1938 гг., означал уничтожение лучших партийных и советских руководителей, вожаков комсомола и профсоюзов, органов индустрии, организаторов сельскохозяйственного производства, крупных ученых, писателей, сотен тысяч простых честных и даровитых тружеников страны.

Из делегатов ХУП съезда ВКП(б) было уничтожено тогда более двух третьих их числа, недаром его стали называть «съездом расстрелянных». В их числе были и делегаты от Оренбуржья: председатель облисполкома К. Е. Васильев, его заместитель Н. А. Сорокин.

Репрессии в Оренбуржье развернулись после расстрела Зиновьева, Каменева и других. Прежде всего молот репрессий обрушился на выдающихся хозяйственников края. Первой жертвой 1936 г. стал Сергей Миронович Франкфурт — член ВКП(б) с 1904 г. Много лет он был в эмиграции, окончил политехнический институт в Гренобле. Возвратившись в 1917 г. в Россию, активно включился в революционную работу. Одно время он находился на дипломатической работе, затем стал заместителем председателя Сибирского совнаркома. Через несколько лет С. М. Франкфурт был назначен начальником строительства Кузнецкого комбината, затем — Уполномоченным наркомата тяжелой промышленности по Орско-Халиловскому промышленному району. На этом посту он проявил большие организаторские способности. С. М. Франкфурт был избран на УШ Всесоюзный съезд Советов, по возвращении в Орск 23 декабря 1936 г. его арестовали в рабочем кабинете, обвинили в шпионаже, измене Родине, терроризме, в создании контрреволюционной организации. На первом же собрании, когда Сергея Мироновича Франкфурта стали поносить как врага народа, комсомолец Колчинский заявил, что знал его и не верит в то, в чем его обвиняют. Этот комсомолец был не единственным. Выступивший на собрании второй секретарь Орского горкома ВКП(б) А. Е. Цвилиховский сказал: «Мы и мысли не допускаем, что Франкфурт связан с троцкистами». Позже этим людям дорого обошлись попытки защитить без вины виноватого С. М. Франкфурта.

Вскоре жертвой репрессий стал другой выдающийся хозяйственный руководитель — начальник «Ормедьзолота» Бронислав Юрьевич Кудиш. Он был весьма образованным человеком, первым послом страны Советов в Турции. Его как руководителя высоко ценили заместители наркома тяжелой промышленности Г. П. Пятаков и А. П. Серебровский, не говоря уже о самом наркоме — Г. К. Орджоникидзе. Кудишу, как и Франкфурту, предъявили целый список обвинений. Одно из них было совершенно нелепым, будто Кудиш построил Медногорск в форме фашистского знака. Правда, в то время находились те, кто этому верил. В 1937 г. Кудиш был исключен из рядов ВКП(б), а в марте того же года арестован. Такова была судьба основателя Медногорска. Репрессии среди хозяйственников носили поистине массовый характер. Так из 130 директоров было тогда «заменено», репрессировано, 92, или 71% их числа. Это был полный разгром хозяйственных кадров.

Настоящий разгул репрессий развернулся после февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) и особенно после приезда в Оренбург на Ш пленум обкома партии секретаря ЦК ВКП(б) А. А. Жданова. По его команде было распущено бюро Оренбургского обкома ВКП(б), все члены которого (за исключением А. Ф. Горкина) объявлены «матерыми бандитами, врагами народа». Такая же участь постигла секретарей обкома Гришаева Петра Григорьевича, Митрофанова Петра Васильевича, семерых заведующих отделами, двух заведующих секторами, многих инструкторов. Из 65 членов пленума 31 был объявлен «врагом народа». Из 55 секретарей горкомов и райкомов ВКП(б) были разоблачены как «враги народа» 28. Борьба с «врагами народа», их выявление стали тогда, как это ни страшно, важнейшей задачей. Даже в плане отдела социального обеспечения горсовета на первый квартал 1938 г. ставилась задача «Об оживлении работы секции по вовлечению нового актива и развертыванию выявления врагов народа и чужих». Организация, которая призвана защищать интересы пожилых людей, сирот, инвалидов, быть воплощением гуманизма, стала выполнять функции вылавливания и репрессий по отношению к ни в чем не повинным людям.

Среди репрессированных немало было председателей райисполкомов, директоров фабрик, заводов, совхозов, МТС, председателей колхозов, рядовых тружеников. Только в 1938 г. в Оренбуржье были «освобождены» от работы 97 служащих наркомата земледелия, 71 директор МТС, 59 их заместителей по политчасти, 26 начальников политотделов совхозов. Аресты носили массовый характер.

В числе репрессированных наших земляков писателей и поэтов были А. И. Завалишин, В. П. Правдухин, В. Ф. Наседкин. Последний был не только другом, но и родственником Сергея Есенина. Чудовищна была расправа над журналистами области. Из 55 редакторов районных газет подвергнуты репрессиям в 1937–1938 гг. 32. Был объявлен врагом народа талантливый редактор газеты «Оренбургская коммуна» С. А. Колесниченко, исключенный из партии «как не заслуживающий политического доверия». Предателями были объявлены многие сотрудники областной газеты «Большевистская смена», арестованы редакторы «Орского рабочего» А. И. Иванов, А. К. Попов и многие другие.

Только райкомы ВКП(б) Оренбургской области за 1937 г. исключили из партии как «врагов народа» 841 человека и 570 — «за связи и пособничество им». Террор обрушился и на комсомольских работников, и на рядовых членов ВЛКСМ. Был репрессирован весь состав бюро обкома комсомола. С должности первого секретаря снят и объявлен врагом народа Виктор Калашников, а также второй секретарь обкома ВЛКСМ Прусаков, вскоре они были арестованы. Ярлык «враг народа» был навешен на четырех заведующих отделами обкома. Только за четвертый квартал 1937 г. были исключены из комсомола в Оренбургской области 1064 юноши и девушки, в основном как «враждебные элементы». С таким клеймом трудно было найти место в жизни.

Волна террора захлестнула и рядовых тружеников. Вопли о врагах народа тогдашнего наркома путей сообщения Л. М. Кагановича толкали на упорный поиск и фабрикацию таких дел. На Оренбургской железной дороге была раскрыта «троцкистская организация». Первая «вредительская группа» на транспорте была «разоблачена» в конце 1936 г. Вскоре были расстреляны начальник Оренбургской железной дороги Георгий Васильевич Подшивалин и начальник политотдела дороги Георгий Евсеевич Чигеров. Затем такая же участь постигла и нового начальника Степана Терентьевича Ковылкина. По данным Оренбургского центра документации новейшей истории, с июня 1937 по июнь 1938 гг. было уволено с работы на железной дороге 1602 человека, а НКВД арестовало ИЗО «врагов народа», работающих на транспорте.

Жертвами репрессий в тот период стали видные борцы за власть Советов на территории края и страны: маршалы А. И. Егоров, В. И. Блюхер, командармы 2-го ранга Н. Д. Каширин, М. Д. Великанов, комкор Г. Д. Гай, председатели Оренбургского губкома и губисполкома А. И. Акулов, А. А. Коростелев, С. П. Терехов, П. Д. Каширин, герои Октября и гражданской войны И. Д. Каширин, П. С. Курач, А. Е. Левашов, К. А. Хакимов, М. А. Шарапов и многие другие.

Репрессии 1937–1938 гг. в Оренбурге привели к резкому ухудшению дел на производстве. План выпуска продукции за 1937 г. был выполнен на 82,4%, а план 1938 г. за 5 месяцев — только на 32%. Срок пуска Никелькомбината был сорван. Южуралтяжстрой январский план выполнил только на 56,4%, февральский — на 58,3%, мартовский — на 66,7%. Строительство Блявинского комбината осуществилось только на 53,4%.

Суровые репрессии не обошли и культуру, и народное образование. Из 25 сотрудников областного отдела народного образования находились под подозрением и следствием 23. Репрессии настигли сотрудников краеведческого музея, в результате чего он на несколько лет прекратил свою деятельность.

Установлено, что репрессии в 1937–1938 гг., по данным архива Оренбургского УКГБ, коснулись 12 тыс. оренбуржцев.

4. КУЛЬТУРНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

Судьбы культуры в 1928–1940 годах. В конце 20-х годов в СССР развернулось форсированное осуществление «культурной революции». Индустриализация страны потребовала решающих сдвигов в сфере народного образования. ВКП(б) призвала превратить первую пятилетку в важнейший этап ликвидации неграмотности. В мае 1929 г. было принято соответствующее постановление ЦК ВКП(б). По призыву ЦК ВЛКСМ начался Всесоюзный поход против неграмотности, пьянства, грязи, неряшливости в быту. Только в Оренбургском районе комсомольцы создали 32 ликпункта. К концу 1930 г. были обучены грамоте 65 тыс. оренбуржцев.

В годы второй пятилетки в области по инициативе Бердского сельсовета развернулось соревнование за звание села сплошной грамотности. В 1937 г. состоялся слет представителей таких сел. И в последующие годы, проявляя поистине революционный размах, настойчивость, упорство и боевитость, трудящиеся области под руководством коммунистов в основном завершили ликвидацию неграмотности.

Однако потребность в высококвалифицированных кадрах не уменьшалась.

Наряду с позитивными сдвигами в культурном строительстве сталинская «культурная революция» включала в себя чудовищные репрессии против интеллигенции, уничтожение целых пластов культуры, ее вершин. В результате погибла значительная часть поколения творческой интеллигенции, в том числе новой — революционной, свято верившей в идеалы Октября и самоотверженно служившей народу. И воплощавшая общечеловеческие ценности старая интеллигенция, и подлинные коммунисты — революционеры-романтики оказывались не ко двору.

Среди студентов сельскохозяйственного института «выявили» «подпольную» группу Круглова, издававшую «антисоветский» журнал. В 1938 г. оклеветан и расстрелян ученик А. В. Чаянова, заведующий кафедрой растениеводства профессор С. С. Бажанов. Подверглась репрессиям большая часть созданной в 1936 г. при облисполкоме комиссии по охране памятников революционного движения, гражданской войны, искусства, культуры. Очаги духовной жизни стремительно исчезали.

По постановлению ЦК ВКП(б) в 1932 г. были распущены все группы и организации в литературе и искусстве.

В 1935 г. в Оренбурге образовано отделение Союза советских писателей. Активное участие в его создании приняла писательница Л. Н. Сейфуллина, автор популярных повестей «Виринея», «Перегной».

В преддверии 100-летия со дня гибели А. С. Пушкина в Оренбурге организовали юбилейный пушкинский комитет. Вскоре из 22 членов его 17 были репрессированы.

На Лидию Сейфуллину обрушился с «марксистской критикой» журнал «На литературном посту».

В 1933–1936 гг. в административной ссылке в Оренбурге находился талантливый писатель Виктор Серж — автор повестей «Полночь века», «Дело Тулаева». Он остался в живых лишь благодаря требованиям международной общественности и личному обращению Ромена Роллана к Сталину.

Был расстрелян Михаил Герасимов, наш земляк-бугурусланец. Он не входил в Оренбургскую писательскую организацию, но его творчество неотделимо от родного, питавшего душу поэта края. С. А. Есенин писал, что стихи Герасимова «обещают в нем поэта весьма и весьма несредней величины среди своих собратий».

Литературная жизнь угасала. В 1938 г. для восстановления Оренбургского отделения Союза писателей из Москвы приехал писатель И. Ф. Жига. Он оказал помощь начинающим авторам И. Бортникову, Н. Хохлову, А. Возняку и др. С 1938 г. в городе стал издаваться литературно-художественный альманах «Степные огни».

Однако в результате репрессий, ужесточения контроля над интеллигенцией прежний, довольно высокий уровень литературной жизни был утрачен. Публиковавшиеся в конце 30-х годов сочинения имели, в основном, официально-пропагандистский характер.

Идеологизация изобразительного искусства отчетливо проявилась на выставке картин местных художников, открывшейся 7 ноября 1930 г. в областном краеведческом музее. Наиболее тенденциозны были полотна Ольшевского «Колхозница», «Тракторная бригада»; Кудашева «Молотьба в коммуне им. Ленина». Это тем более досадно, что последний в целом был талантливым художником. Коллективизация представлена им как событие, вызвавшее у крестьян лишь чувство глубокого воодушевления и массовый энтузиазм.

Первой попыткой создания художественной летописи гражданской войны стали картины мастера батальной живописи Е. А. Тихменева: «Разгром колчаковцев на Салмыше в 1919 г.», «Доставка оружия Красной Армии», «Разгром обоза белых» и др.

Широкое признание получили произведения талантливого графика Н. Д. Прохорова. Его лист «Поп, кулак и подкулачник» был приобретен Государственным Русским музеем; цикл рисунков «На торфяных разработках» и иллюстрации к книге Л. Савельева «Комната № 13» экспонировались на международной выставке искусства книги 1932 года. Художник много работал, выполняя задания газет и областного книжного издательства, активно участвовал в праздничном оформлении улиц Оренбурга. Среди лучших произведения Н. Д. Прохорова — цикл гравюр и акварелей, посвященных пребыванию в Оренбургском крае А. С. Пушкина — «Пушкин и Даль в Оренбурге», «А. С. Пушкин с крестьянами», «Пушкин на базаре» и др.

Поэзией в красках можно назвать пейзажи Н. В. Кудашева, запечатлевшего самые дивные уголки оренбургской природы. Любовью к родному краю проникнуты не только акварели, но и вся жизнь художника. Десятки деревьев были посажены им в Оренбурге и его окрестностях. В шелесте их листвы — мелодия, исполненная памяти о талантливом и добром человеке.

В конце 30-х годов в областной драматический театр были приглашены художники Д. Н. Фомичев и С. Н. Александров, плодотворно сотрудничавшие более тридцати лет. Немногие дошедшие до нас театральные эскизы говорят об их неустанных творческих исканиях, умении воплотить в цвете и пластике образное начало драматического произведения. С. Н. Александров много работал и как живописец-станковист.

Единственным по сути скульптором 30–40-х годов в Оренбурге был Г. А. Петин. Ученик сапожника, затем бетонщик, штукатур, лепщик Гаврила Алексеевич благодаря редкому дарованию и гигантскому трудолюбию вырос в течение второй половины 30-х годов в самобытного мастера пластического искусства.

В конце 20-х годов начале 30-х становятся более ожесточенными идеологические атаки на «буржуазные тенденции» в музыкальном искусстве. В связи с этим в местных газетах появились обличительные материалы. В одном из них преподаватели Оренбургского музыкального техникума с негодованием объявляли бойкот «произведениями Рахманинова, как ... выражающим упадническую идеологию мелкобуржуазного мещанства».

С волной ненависти столкнулась артистка Снежинская на вечере работников искусства 11 апреля 1931 г., где она читала стихотворения Игоря Северянина и призывала к примирению враждующих слоев общества. Артистку немедленно обвинили в забвении классовой борьбы и в проповедовании эсеровщины. И. Северянина при этом окрестили «белым поэтом, певцом прогнившей богемы».

Характерной чертой театра с конца 20-х годов стало обращение к образам современников. При областном драматическом театре был организован художественный совет, в который вошли представители партийных, советских и профсоюзных организаций. Вопрос о репертуаре был главным на его заседаниях. В результате уже в 1928 г. из 25 пьес, включенных в репертуар предстоявшего сезона, 11 были советскими. В этот период по] ставлены спектакли «Темп», «Поэма о топоре», «Мой Друг».

Театр не забывал и событий гражданской войны. В 30-е годы оренбуржцы увидели со сцены «Чапаева», «Интервенцию», «Бронепоезд 14–69», «Оптимистическую трагедию», «Любовь Яровую». Особый интерес вызвала инсценировка «Чапаева». Артист А. М. Орлов вспоминал: «К постановке «Чапаева» мы готовились долго. Актеров предупреждали, что в зрительном зале будут те, кто в этих краях вместе с Василием Ивановичем громили белых, кто лично знал знаменитого начдива и Фурманова. Поэтому исполнители ведущих ролей, особенно В. В. Ростовцев, который играл роль Чапаева, да и другие искренне волновались... Многие картины вызывали шумные овации. Когда Чапаев заканчивал рассказ о том, как следует вести наступление и громить врага, театр содрогался от шквала рукоплесканий. Газета «Оренбургская коммуна» отметила: «Были моменты, когда почти исчезала грань между зрителем и сценой».

Официальной критикой актуальным был признан спектакль «Павел Греков», раскрывающий тему борьбы с «врагами народа».

В 30-х начале 40-х годов Оренбургский областной драматический театр обращается и к классическому репертуару, работа над которым создавала наиболее благодатные возможности для выявления и роста актерских дарований. Рядом постановок классических пьес театр отметил юбилейные даты. Важным событием в духовной жизни Оренбуржья явились пушкинские дни 1937 г. Режиссеры Н. Медведев, М. Рахманов и С. Пронский поставили тогда спектакль «Борис Годунов». Это была первая полная постановка великой трагедии на периферийной сцене. Роль Годунова сыграл артист С. Адолин. По словам постановщика, он «глубоко раскрывал причины личного и социального одиночества Бориса» и в некоторых сценах «поднимался до подлинно трагических высот».

Спектакль оформил художник С. Александров, по эскизам которого в московских театральных мастерских шились все костюмы для постановки. Эскизы к спектаклю имеют самостоятельную художественную ценность. «Борис Годунов» явился театральным событием не только для Оренбуржья. В 1937 г. в Доме ВТО в Москве состоялось обсуждение двух наиболее интересных постановок трагедии в провинциальных театрах — Новосибирском и Оренбургском. Это было особенно отрадно на фоне многих спектаклей, изначально обедненных и примитивных в силу господства в них вульгарно-социологических идей. Пример тому — постановка на оренбургской сцене «Гамлета» А. Верховским в 1934 г., в которой все подчинено одной «идее» — показать в спектакле разложение феодализма, а в образе мятущегося принца — олицетворение сего разложения.

Среди достижений Оренбургского областного драматического театра — его весомый вклад в опровержение мнения о несценичности пьес А. М. Горького, которое утвердилось в послеоктябрьские годы в некоторых высокопоставленных театральных и литературных кругах. В 1933–1940 гг. областной драматический театр поставил 7 пьес Горького. Не все было равноценно в этих спектаклях, но их значение в общественной и художественной жизни велико.

В 1935 г. в Оренбурге появились театры музыкальной комедии и кукол. К началу 40-х годов Чкаловская область имела 7 профессиональных театров.

Значительным творческим успехом оренбургских кукольников был поставленный в 1940 г. спектакль «Большой Иван» С. Преображенского. В предвоенные месяцы театр кукол работал над спектаклем «Сон в летнюю ночь» по пьесе В. Шекспира. Его планировали показать осенью 1941 г. в Москве. Помешала война.

К началу 40-х годов несравненно вырос татарский колхозно-совхозный театр, имевший более 40 актеров, художника-декоратора, оркестр, костюмерный цех и другие вспомогательные службы. Блестящие постановки произведений татарской классики осуществлялись под руководством В. Г. Фатыхова — актера, главного режиссера и с 1940 г. директора театра.

Лучшие спектакли подвижников оренбургской сцены напоминают слова Н. В. Гоголя о театре: «Это такая кафедра, с которой можно много сказать миру...»

Несмотря на все утраты трагической эпохи 30-х годов, в народе неизменно находились духовные силы, хранившие и развивавшие традиции высокой культуры.

Литература

  1. «История родного края». Учебное пособие для 8–10-х классов средней школы. Челябинск, Южно-Уральское книжное издательство, 1988. 176 с. с ил.
  2. Л. И. Футорянский. «История Оренбуржья».
  3. «Орденоносное Оренбуржье». Челябинск. Южно-Уральское кн. изд-во, 1968. 392 с.

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017