|
Личности :: Оренбургские губернаторы
Путятин Абрам Артемьевич (?–1769)
 |
Герб князей Путятиных
Щит разделен горизонтально надвое; в верхней части в лазуревом
поле золотой крест; в нижней части в червленом поле, серебряная
литера. Щит покрыт княжеской мантией и увенчан российско-княжеской
шапкой |
В декабре 1764 года оренбургским губернатором был назначен
тайный советник генерал-майор князь Абрам (Авраам) Артемьевич Путятин.
В 1727 году Путятин был определён солдатом в Суздальский пехотный полк.
Князь
Путятин в чине бригадира принимал участие в так называемой Семилетней
войне (русско-прусская война 1756–1762 годов). Это явствует из приказа,
который полководец граф П. А. Румянцев отдал в 1761 году, накануне
осады и взятия Кольберга:
«…Приказано от меня как генерал-поручику и прусскому
губернатору Суворову [1], так определённому к приготовлению того подвозимого
провианта бригадиру
князю Путятину… старание прилагать и более провианта и овса в Померанию
для будущих тамо войск подвозить, доставляя оной туда сухим путём или
из Кенигсберга морем, а особливо в Лебе и Столпеминду, да по занятии
вами и в Ригинвальде».
В 1762 году, по окончании войны, князь Абрам Артемьевич Путятин был
произведён в генерал-майоры, а через два года, вернулся в Оренбургский
край его губернатором. Главная заслуга князя Путятина на этом посту — упорядочение
земельных владений в крае, прекращение того беспорядка, какой имел
здесь место в те годы, — он отчётливо просматривается из публикуемого
чуть ниже фрагмента его пространной записки. Но прежде скажем о том
заметном в русской истории событии, которое и послужило поводом для
её написания.
Четырнадцатого декабря 1766 года высочайшим манифестом
было объявлено о создании в Москве законодательной комиссии для сочинения
проекта
нового Уложения [2] и о выборе в неё депутатов от всех сословий. Губернаторы
получили право присутствовать в комиссии или присылать сведения об
усмотренных ими нуждах и недостатках во вверенных их управлению краях
и губерниях.
Оренбургский губернатор Путятин с его обострённым чувством справедливости
не мог не воспользоваться такой возможностью, и 10 декабря 1767 года
послал в законодательную комиссию обстоятельную записку, в которой
детально, по пунктам, изложил причины, следствия и пути исправления
чинимого произвола в отношении казённых земель.
Путятин писал, что все земли, лежащие по левую сторону новой московской
дороги, если ехать из Оренбурга к Казани, никогда не были башкирскими,
а всегда принадлежали короне, приписаны к Оренбургскому уезду и заселены.
И вот эти-то казённые земли разворовываются. А дело в том, что в своё
время указом Сената служащим при Оренбургской комиссии штаб-офицерам
и статским чинам, за усердную их службу были жалованы участки из порожних
земель, «по пропорции чинов». Помещики эти, «облакомясь
первыми дачами, начали покупку земли у башкирцев, не справляясь, имели
ли продавцы права на земли, только бы был башкирец и им продал; покупали
земли по малой цене, писали в крепостях обширнейшие округа, вёрст по
200 и более и, не имея возможности заселить купленную землю, перепродавали
её другим». Уфимская провинциальная канцелярия не имела надлежащего
наблюдения и писала на эти земли крепости, не справляясь, имеют ли
продавцы на них право, а когда он, князь Путятин, потребовал от сей
канцелярии копии крепостных записей, ему ответили, что все документы
сгорели вместе с архивом в пожаре 1759 года.
Князь Путятин просил распоряжения считать эти земли казёнными и потому
принять их обратно в казну без всякого вознаграждения покупателей,
потому что башкирцы никогда бы не осмелились продавать не принадлежащие
им земли, если бы не было происков и научения покупщиков.
Далее оренбургский губернатор сообщал, что точно такие же вымышленные
покупки и аренды земель делаются в Уфимской и Исетской провинциях.
Беспокоило Путятина и то обстоятельство, что очень много земель заняли
новокрещёные татары, из которых «ни один добровольно креститься
не пожелал, кроме как будучи приведён за воровство к пытке и казни»,
почему и просит: «Новокрещён в Оренбургскую губернию к поселению
из внутренних губерний отнюдь не увольнять».
Обсуждались в комиссии и законы о купечестве, при этом почти все депутаты
из купцов требовали запретить крестьянам и разночинцам торговать чем
бы то ни было, даже «произведениями земли» и своими домашними
рукоделиями.
Ещё Неплюев в свое время жаловался в Сенат на русских купцов, он писал,
что легкомысленные купцы приводят торг в упадок, обманывая азиатцев
товарами, и просил тогда Сенат, «чтоб купцы не давали торговать
своим именем пахотным татарам, крестьянам и подлому купечеству и подложно
не называли их своими прикащиками».
Путятин также был озабочен злоупотреблениями иногородних купцов и делал
всё возможное для дальнейшего развития торговли и упрочения собственного
купечества. В частности, на основании привилегии, данной Оренбургу
7 июня 1743 года, князь всегда удовлетворял просьбы казаков о перечислении
их из казачьего звания в купеческое, имея в виду, что «просители
умножат число купечества, которого в Оренбурге очень мало, и в купеческом
звании сделают казне приращение платежом купеческого оклада и различных
торговых пошлин».
 |
Лютеранская церковь (кирха).
Построена в 1772 году.
|
Сохранился указ Иностранной коллегии от 25 января 1766 года на имя
оренбургского губернатора князя Путятина, в котором рекомендовалось,
в рассуждении невежества азиатцев, «всегда при погрешностях поступать
снисходительно, дабы в делаемом расширении коммерции не применять помешательства
и не отлучить азиатцев от Оренбургского торгу.»
Однако «отлучали азиатцев от торгу» не столько строгости
оренбургских властей, сколько высокие торговые пошлины и продолжающееся
своевольство купцов. Препятствовали развитию торговли и разбои на дорогах,
и набеги на русские границы. Случались и уводы обитателей Оренбургского
края в плен.
Чтобы предупредить такие случаи, Путятин в 1768 году предписал войсковому
атаману Могутову сделать распоряжение, чтобы из крепостей по реке Яику
давался приличный конвой из казаков для охраны от киргизов заводских
служителей и рабочих, когда они будут отправляться за реку Яик в степь «для
приискания и разработки руд».
В свою очередь и князь Путятин, как старый солдат, с пониманием относился
к нуждам казаков… Государство выплачивало казакам за службу совершенно
мизерные суммы, да и то не регулярно. В делах войскового архива хранился
вопросный лист, составленный по указу Военной коллегии в 1758 году.
Из него видно, что атаман исетских казаков получал 60 рублей, хорунжий
— 30, писарь — 20 рублей. Казакам, занятым на фортификационных работах,
платили по 10 копеек с лошади, пешим — по 5 копеек на день, «но
оные, хотя и с переменою употребляются, но по отдалённости от домов
в пропитании себя и в кормлении лошадей несут немалую нужду, а особливо
в удобные времена, и домашних своих работ лишаются, отчего впредь к
продолжению службы могут придти в несостояние. Находящиеся же при глинопромывальных
и каменотесных работах, на каждый месяц получают по два рубля, а в
бытность при домах жалованья и провианта никакого не получают».
Компенсировать своё скудное жалованье казаки имели возможность лишь
за счёт земельных наделов, и распоряжения губернатора во многом способствовали
справедливому решению этого вопроса. Так, 16 июля 1767 года, по повелению
князя Путятина, командир нижнеяицкой дистанции майор Краузе и депутат
с казачьей стороны сотник Стефан Могутов «учинили отвод земли
жителям Переволоцкой крепости и был составлен план ея».
Не были освобождены казаки и от воинского постоя, что сильно обременяло
их и без того скудный семейный бюджет. В сентябре 1768 года Путятин
предложил войсковому атаману Могутову разъяснить казакам Бердской слободы,
что «служители Алексеевского полка, стоящие у них на квартирах,
хотя и имеют право довольствоваться от хозяев квартир, однако могут
требовать только то, что у хозяев найтится может, а чего нет, того
они, служители, требовать не должны и не могут».
В войсковом архиве Оренбургского казачьего войска хранился указ князя
Путятина об отставке сотника Углицкого (приводим его как образец внимательного
отношения оренбургского губернатора к отставным казакам):
«…Согласно указа 18 февраля 1762 года о вольности
дворянства отставлен по слабости здоровья с награждением чинов ротмистра
и с сим
Её Императорского
Величества указом отпущен на его пропитание в гор. Самару или где ему
в разсуждении лучшаго по старости его пропитания в до великороссийских
городах жить пожелает и так всякого звания людям рекомендуется ему,
Углицкому, в бытность его в той отставке обид и налогов никаких ему
не чинить, но паче за его верные службы являть к нему всякое благодеяние.
Дан в Оренбурге с приложением моея печати сентября 15 дня 1767 года
Её Императорского Величества Самодержавнейшей Всероссийской и Всемилостивейшей
Государыни моей тайный советник оренбургский губернатор и кавалер Авраам
Путятин».
Вообще чувство справедливости было неотъемлемым свойством натуры князя.
Когда у оренбургских лютеран возникла крайняя нужда в правильном устройстве
своего прихода (у них не было ни пастора, ни кирхи), губернатор сделал
об этом в 1767 году представление Екатерине II, и та своим указом от
16 ноября 1767 года велела «учинить» в Оренбурге, по примеру
прочих крепостей, должность дивизионного проповедника для лиц лютеранского
закона.
Первый проповедник Филипп Вернбюргер прибыл в Оренбург 12 марта 1768
года, и тогда же лютеране приобрели дворовое место, а через несколько
лет построили здесь деревянную кирху.
Второго октября 1768 года обер-комендант Оренбурга генерал-майор Николай
Яковлевич Ланов сообщил ордером войсковому атаману Могутову, что тайный
советник князь Абрам Артемьевич Путятин пожалован в сенаторы, почему
все нерегулярные войска поручены ему — генерал-майору Ланову.
В 1769 году князя А. А. Путятина не стало.
Абрам Артемьевич имел трёх сыновей: Алексея, Николая и Ивана.
Николай Абрамович Путятин (1744–1818), — камергер (1786),
тайный советник (1795), член Конторы строителей домов и садов (впоследствии
гоф-интендантская
контора).
Примечания
-
Суворов Василий Иванович (1707–1775)
— генерал-аншеф, «был…в войне с прусским королём в армии
главным при Провиантском департаменте
и губернатором Прусского королевства». Отец генералиссимуса
А. В. Суворова.
-
Уложенные комиссии - временные коллегиальные органы
в XVIII веке, созываемые для кодификации законов, вступивших в силу
после Соборного Уложения 1649 года.
Литература:
- В. Г. Семенов,
В. П. Семенова. «Губернаторы Оренбургского края». Оренбургское
книжное издательство, 1999 г. 400 с. Стр 80–86.
|
На
главную
Обсудить
на форуме
Версия
для печати
