Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




Катенин Александр Андреевич (1800–1860)

А. А. Катенин

А.А. Катенин

Александр Андреевич Катенин родился в 1800 году в Кинешемском уезде Костромской губернии. Потомственный дворянин. Образование получил в Горном кадетском корпусе, из которого в 1818 году поступил подпрапорщиком в лейб-гвардии Преображенский полк.

Участвовал в русско-турецкой войне 1828–1829 годов, в усмирении польского мятежа в 1831 году. За штурм Варшавы награждён орденом Св. Владимира IV степени с бантом. В 1832 году произведён в капитаны.

В 1835 году в жизни Александра Андреевича Катенина происходит знаменательное событие — на маневрах он обращает на себя внимание Николая I и назначается к нему флигель-адъютантом. Два года спустя Катенин уже полковник, ещё через два — комендант Императорской главной квартиры, а чуть позже — начальник штаба 1-го пехотного корпуса на Кавказе и за отличие в военных действиях против горцев награждается золотой шпагой.

В 1842 году Катенин исправляет должность начальника штаба отдельного гренадёрского корпуса, на следующий год производится в генерал-майоры, в 1848 году становится командиром лейб-гвардии Преображенского полка (того самого, в котором начал службу подпрапорщиком), в 1852 году — дежурным генералом при Главном штабе Его Императорского Величества. В 1854 году на генерал-лейтенанта А.А. Катенина возлагаются обязанности товарища военного министра…

В 1856 году Катенин был уволен от всех должностей и в 1857 году назначен командиром отдельного Оренбургского корпуса и оренбургским и самарским генерал-губернатором.

И всё-таки, объективно разбирая этапы военной биографии Катенина, мы должны признать, что близость к особе императора не превратила Александра Андреевича в баловня судьбы, взбегающего по служебной лестнице едва замечая ступени. Нет, карьеру его не назовёшь ни сногсшибательной, ни даже блестящей, это обычный путь обычного русского офицера-труженика, честно исполняющего долг и через положенные сроки получающего очередное звание и повышение в чине. И в том, что за двадцать один год беспорочной службы с военными эпизодами и боевыми наградами Катенин поднялся от капитана (став им задолго до встречи с императором) до генерал-лейтенанта, нет ничего сверхординарного или тем более чудесного.

Разумеется, Катенину повезло. Повезло в том, что его просто заметили, заметили в нём ум, честность, отвагу, заметили и оценили (умному человеку требуется, чтобы его заметили, разглядели среди выскочек, — мало ли достойнейших офицеров, не хуже, чем Катенин, так и ходили в капитанах до самой своей отставки?). От него требовалось одно: не подвести, не обмануть доверия. И он не подвёл, не обманул.

Кстати, двоюродным братом А.А. Катенина был известный русский писатель, современник Жуковского и Пушкина, Карамзина и Грибоедова, Баратынского и Дельвига Павел Александрович Катенин, (он же — член «Союза спасения» в 1816–1817 годах, одной из первых организаций тех, кого позже назовут «декабристами»). Не исключено, что с товарищами и соратниками Павла Александровича общался и его кузен; в таком случае истоки человечности, просвещённости, которые отмечают все биографы Катенина, очевидны.

О назначении А.А. Катенина в Оренбургский край генерал-губернатором Н.Г. Залесов, с 1865 года офицер Генерального штаба при отдельном Оренбургском корпусе, в своих «Записках» вспоминает: «В конце 1856 года разнёсся положительный слух, что на место Перовского назначается Катенин, а в январе 1857 года Катенин был уже в Оренбурге, приехав туда ненадолго для предварительного знакомства с краем.

Катенин Александр Андреевич (1800–1860)Александр Андреевич Катенин, красивый собою господин с прекрасным даром слова, с придворными мягкими любезными манерами, менял свой пост дежурного генерала на место Оренбургского и Самарского генерал-губернатора. Если эта мена и происходила отчасти по желанию военного министра, знаменитого Сухозанета, то в такой же степени и по желанию самого Катенина. Любимец императора Николая, всегдашний партнёр его за картами, Катенин, командуя Преображенским полка, умел так ловко представлять свою часть покойному царю, что полк этот постоянно оказывался лучше всех».

Вскоре по приезде в Оренбург, Катенин отправился в степь и во вновь присоединённые владения. Намереваясь отказаться от воинственной политики своего предшественника, заменив её более мягкой и гибкой, генерал-губернатор оповестил киргизов, что если они смирятся, то будут прощены.

Первым на призыв откликнулся главный организатор набегов Исет Кутебаров, который писал «справедливому Катенину», что причиной возмущения киргизов были суровые меры Перовского, и обещал смириться. Катенин пригласил Кутебарова к себе, ласково принял и склонил быть «верным слугою государя».

«Обращение» Кутебарова повлияло на многих, и набеги на какое-то время прекратились.

Перемены наметились и в отношении среднеазиатских ханств. Уже при самом начале своего правления Катенин заговорил о желательности установления с ними прочных торговых связей и об открытии в Хиве и Бухаре торговых представительств. С этой целью он предполагал снарядить к владетелям этих ханств новую дипломатическую миссию, которая и проделала бы всю черновую работу в этом направлении.

В октябре 1857 года Катенин представил свои планы министру иностранных дел. На сей раз размышления оренбургского генерал-губернатора вполне совпали с видами правительства, и Катенина попросили конкретизировать свои предложения для включения их в программу миссии.

Катенин не замедлил исполнить просьбу и представил в Министерство иностранных дел обстоятельные соображения относительно упорядочения наших пограничных дел в Средней Азии, а также о тех поручениях, которые следует возложить на агента, отправляемого в Хиву и Бухару. Прежде всего, считал Катенин, необходимо добиться от правительства Хивы и Бухары разрешения на свободное плавание русских торговых судов по Аму-Дарье на всём её протяжении, и при этом заручиться гарантиями, что жизнь и имущество подданных Российской Империи будут оберегаться со всей возможной тщательностью.

К своему докладу в Министерство иностранных дел Катенин приложил обстоятельную «Записку о невыгодном для России положении торговли её с Средней Азиею», в которой доказывал, что при настоящем положении дел все барыши отторговли достаются одним среднеазиатским купцам и потому предлагал добиваться удовлетворения

«справедливых требований нашего правительства об уменьшении таможенной пошлины с христиан в Средней Азии или распоряжений его по ограничении прав среднеазиатских торговцев в России… Уменьшить же означенные пошлины или ограничить права среднеазиатских торговцев требуют честь и выгоды России».

После продолжительной переписки между министерством и оренбургским генерал-губернатором, вопрос о снаряжении новой миссии в Среднюю Азию в конце концов решился положительно. Начальником её и полномочным представителем русского правительства был назначен флигель-адъютант, полковник Генерального штаба Н.П. Игнатьев (с 1864 года русский посланник в Турции, а с мая 1881 года по май 1882 года - министр внутренних дел), секретарём — Е.Я. Килевейн, будущий автор замечательных работ по этнографии. Вошли в миссию и учёные: представитель Академии наук астроном О.В. Струве, востоковед Н.И. Лерх, создатель первого самолёта лейтенант флота А.Ф. Можайский, некоторые другие. По ходу движения посольства было решено исследовать и нанести на карту русло Аму-Дарьи, найти и изучить пути, ведущие в Герат и Кабул (куда должна была отправиться ещё одна миссия под руководством Ханыкова).

Всем необходимым миссия запасалась в Оренбурге, откуда 15 мая 1858 года и выступила в киргизскую степь. Здесь, на подходе к Эмбе, к начальнику миссии Игнатьеву явился с повинной степной мятежник батыр Исет Кутебаров. Это обстоятельство много способствовало общему успокоению степи и безопасному продвижению по ней посольского каравана.

А вот со среднеазиатскими ханствами миссии не слишком повезло. Хивинцы отнеслись к русским с обычной подозрительностью, но когда стало известно, что наша флотилия вошла в устье Аму-Дарьи, подозрительность их возросла до такой степени, что они начали перехватывать русских курьеров и следить за каждым шагом членов миссии. Только благодаря Катенину, задержавшему в пределах России все хивинские караваны до выхода миссии из Хивы, русские посланцы живыми добрались до Бухары. Здесь они были приняты куда любезней. Эмир Наср-Улла отпустил в их честь всех российских подданных и дал слово никогда больше не держать их у себя в плену.

Много было и других обещаний, в том числе и о свободном плавании русских судов на Аму-Дарье, но они так и остались одними обещаниями. И если сам Наср-Улла ещё кое-как выполнял их, то с его смертью, последовавшей в 1860 году, не стало и этого.

Однако торговля со Средней Азией не только не прерывалась, а всё увеличивалась и расширялась. Так, за пять лет после возвращения миссии Игнатьева (то есть с 1858 по 1862 год включительно) торговый оборот России со Средней Азией возрос с 11 миллионов в 1858 году до 15 миллионов в 1862 году. Эта цифра, конечно, ниже действительной, так как значительная часть среднеазиатских товаров не проходила через оренбургско-сибирскую таможенную линию, а расходилась на сыр-дарьинской линии и в пределах киргизских степей. Так что, миссия 1858 года всё же сыграла свою роль в упорядочении торговых сношений с Бухарой.

Генерал-майор В. Д. Дандевиль, наказной атаман Уральского казачьего войска в 1862-1865 годах

Генерал-майор В.Д. Дандевиль, наказной атаман Уральского казачьего войска в 1862–1865 годах

В начале своего генерал-губернаторства Катенин получил на чрезвычайные расходы 28 тысяч рублей из капиталов Оренбургского и Уральского войск, из башкирского и киргизского сборов. Отчёт в расходовании этой суммы он представлял государю лично. С первым отчётом Катенин ездил в Петербург в декабре 1858 года. Вместе с ним отправилась большая группа чиновников: председатель оренбургской пограничной комиссии В.В. Григорьев, обер-квартирмейстер отдельного Оренбургского корпуса полковник В.Д. Дандевиль, правитель канцелярии А.А. Арцимович, ротмистр Миллер, И.В. Чернов (автор «Записок», служивший в те годы в канцелярии начальником отделения иррегулярных войск). Тогда и был выработан, по свидетельству И.В. Чернова, план постепенного продвижения в Среднюю Азию и намечена посылка особого отряда под начальством полковника Дандевиля в Туркменскую область.

Катенин предлагал продолжить завоевания и в направлении Сыр-Дарьи, но поддержки не получил.

Весной 1859 года вновь были снаряжены две экспедиции в Среднюю Азию: одна под начальством Бутакова для завершения исследований в устье Аму-Дарьи, вторая, под начальством Дандевиля — для описи восточного берега Каспийского моря. Аральская флотилия во главе с А.И. Бутаковым поддержала известное в истории Средней Азии антиханское Кунградское (Бозатауское) восстание 1858–1859 годов (Катенин дал указание А.И. Бутакову при надобности «подать помощь кунградцам»). Дандевиль в это же время победил туркмен и освободил часть персидских пленных.

Но среднеазиатские дела не настолько поглотили генерал-губернатора, чтобы он упустил из виду вверенный ему край. В недолгое свое правление Катенин провёл здесь ряд таких реформ и преобразований, плодами которых мы пользуемся и сейчас. Например, во время очередного посещения Петербурга Александр Андреевич встретился с обер-прокурором Синода графом А.П. Толстым по поводу учреждения (или, точнее, восстановления) в Оренбурге епархии. Девятого января 1859 года А.П. Толстой сообщил генерал-губернатору, что мысль об учреждении новой епархии в Оренбургском крае встречена в Синоде вполне сочувственно. После этого разговора, Катенин представил доклад императору и испросил разрешение употребить на устройство кафедры в Оренбурге от 25 до 30 тысяч рублей из капитала, собранного на сооружение храма в форте Перовском.

Двадцать первого марта 1859 года Оренбургская епархия была разделена на Уфимскую и Оренбургскую; к Оренбургской отошли и церкви, находящиеся в зауральной степи. Кроме того, в Оренбург был назначен особый епископ для казачьих войск и прилинейных уездов, исключая сами уездные города, которые были оставлены в зависимости от Уфы.

В эти же годы было положено начало разделения и Оренбургской губернии (на Оренбургскую и Уфимскую)…

По ходатайству Катенина, 24 марта и 9 декабря 1859 года состоялась передача управления степью зауральных киргизов (или Малой орды) в ведомство Министерства внутренних дел с поименованием её областью киргизов Оренбургского ведомства и с переименованием пограничной комиссии в областное правление (в связи с этим председатель пограничной комиссии стал называться управляющим областью оренбургских киргизов).

Управление киргизами по сыр-дарьинской линии было оставлено в Министерстве иностранных дел, но с подчинением оренбургскому генерал-губернатору.

Катенин добился прибавления Оренбургскому войску 85 тысяч рублей в год для внутреннего благоустройства взамен питейного откупного дохода. Ходатайство же его о сформировании четырёх полков из башкир и посылки их на службу в Варшаву и на Кавказ было отклонено. Генерал-майор И.В. Чернов выяснил (и передал Катенину), что «башкир ни в Варшаву, ни на Кавказ тамошние начальствующие лица не берут, так как в польскую кампанию 1831 года башкиры были в армии и оказались негодными для казачьей службы».

Благосостояние любого края, по мысли А.А. Катенина, невозможно без развития в нём промышленности, транспорта, всеобщей грамотности. Благодаря ему в 1858 году на реке Белой было организовано судоходство, связавшее часть губернии дешевым и удобным сообщением с Волгой и Камой, в том же году учредили почтовый тракт между Орской крепостью и уральскими укреплениями.

Особое внимание уделялось устройству школ и училищ. Только на одних форпостах Катенин открыл около восьмидесяти школ, не считая училищ для детей обоего пола в городах и крупных станицах.

Генерал-майор А. Д. Столыпин, наказной атаман Уральского казачьего войска в 1857-1862 годах

Генерал-майор А.Д. Столыпин, наказной атаман Уральского казачьего войска в 1857–1862 годах

Надо сказать, что тут ему бесценную помощь оказывал наказной атаман Уральского казачьего войска Аркадий Дмитриевич Столыпин (отец знаменитого министра-реформатора Петра Аркадьевича Столыпина). А.Д. Столыпин открыл в Уральском войске около ста школ, на войсковые деньги издавал для казаков учебники, посылал их учиться в Петербург и Москву, благоустраивал города и казачьи посёлки. Имя его среди уральских казаков по сию пору окружено уважением и любовью.

По свидетельствам современников, Катенин много способствовал развитию в городе общественной жизни. Всегда и со всеми он был любезен, обходителен, жил широко и открыто, давал большие балы, на которых собиралась лучшая молодёжь, в высокоторжественные дни устраивал обеды, куда приглашал и своих служащих (и очень бывал недоволен, если чиновники канцелярии из-за ложной скромности избегали на них присутствовать). По зимам у Катениных назначались «вторники», где все собирались запросто и веселились без стеснения, чему пример подавали сами хозяева, усердно танцевавшие все кадрили. О супруге генерала Катенина, урождённой Вадковской, Залесов писал:

«Редко я встречал в нашем высшем круге женщину столь привлекательную, развитую и с таким огромным тактом, как Варвару Ивановну Катенину. Она всех принимала ровно, любезно, без малейшего намёка на своё высокое положение, со всеми умела говорить о предметах, которые были близки представлявшемуся ей лицу, и вся эта беседа велась так мило, просто, что говоривший с Катениной, сразу чувствовал себя как дома. Так и со мной она тотчас перешла к разговору о Самарской губернии и, признаюсь, обнаружила при этом такие, хотя и общие, сведения по статистике, каких не имел и сам генерал-губернатор, её супруг».

В 1860 году генерал-губернатор с инспекционной проверкой войск проезжал до Гурьева городка. На обратном пути, в Уральске, Катенин, следуя манере Николая I, явился к войскам в мундире и, несмотря на сильнейшую жару, так в мундире и произвёл смотр. Всё это (вместе с торжественными встречами и проводами) утомило его. Подъезжая к Оренбургу, он уже чувствовал себя нездоровым, и в первую же ночь по приезде в город, 24 июня 1860 года, Александр Андреевич умер от аневризмы.

«Смерть его, — сообщает И.В. Чернов, — поразила городское и окрестное население, Горожане везли на себе погребальную колесницу и положили его в склепе графа Сухтелена в ограде Петропавловской церкви, откуда тело покойного потом было взято в имение его в Костромской губернии Кинешемского уезда».

Именем Катенина был назван станичный поселок во втором военном отделе Оренбургского казачьего войска.

Литература:

  1. В.Г. Семенов, В.П. Семенова. «Губернаторы Оренбургского края». Оренбургское книжное издательство, 1999 г. 400 с. Стр 230–238.
  2. Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Выпуск XVIII

Смотрите так же:

  1. К воспоминаниям об А.А. Катенине (Русская старина 1897 год, т. 92)

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017