"); myWin.document.write("

<закрыть окно>

"); myWin.document.write(""); myWin.document.close(); }
Герб Оренбурга История Оренбуржья Герб Орска
Главная О проекте Форум Гостевая книга Обратная связь Поиск Ссылки
Разделы


Библиотека

Видео

Геральдика

Города и села

Живопись

Земляки

Картография

Краеведение

Личности

Музеи

Мультимедийные материалы

Памятники и мемориалы

Разное

Религия

Сигиллатия

Учебные заведения

Фотоальбом

Экспедиции




Протоиерей Макарий Квиткин (1882-1931)

О. Макарий родился в 1882 году в Орске Оренбургской губернии в семье благочестивых родителей Феодора и Евдокии Квиткиных. С раннего возраста он возлюбил Христа, был глубоко религиозным юношей, часто посещал храм, читал и пел в хоре. Он окончил учительскую гимназию и преподавал в школе. В 1904 году Макарий женился на Ефросиний Кондратьевне Безносовой, девице из религиозной семьи. Через год у них родился первенец Сергий.

Несколько лет Макарий проработал учителем, затем окончил духовную семинарию, принял сан священника. Пастырское служение о. Макарий начал в Новотроицке Оренбургской губернии. Перед революцией он служил в селе Нижняя Павловка, в двадцати пяти километрах от Оренбурга. В 1918 году у них родился второй сын Владимир. В 1920 году батюшка с семьей поселился в селе Александровка Оренбургской области. Служил о. Макарий в молитвенном доме, а в 1924 году построил небольшую деревянную церковку, которую закрыли в 1925 году, и они переехали в Оренбург.

В то время правящим архиереем Оренбургской епархии был епископ Иаков. Осенью 1920 года о. Макарий был определен Владыкой Иаковом вторым священником в большой трехпрестольный храм, в пригороде Оренбурга Форштадте, главный придел которого назван в честь преподобного Серафима Саровского.

В1925-1926 годы епархией временно управлял Владыка Дионисий. Сын отца Макария Владимир служил архиерейским жезлоносцем и часто ездил с Владыкой Дионисием, когда тот вел Богослужения в других, пока еще открытых церквах Оренбурга и женском монастыре.

В те страшные времена гонений на Церковь и духовенство, чтобы вынудить закрыть церковь, власти облагали приход непосильным налогом. После каждой выплаты налог намеренно увеличивался и возрастал настолько, что сумма уже не могла быть выплачена приходом. Делалось это обычно поквартально. Затем постановили увеличивать налог каждый месяц. Сначала приходу как-то удавалось погашать эти задолженности, но вскоре власти стали забирать серебро и золото, из которого были сделаны священные сосуды, ризы и оклады с икон и Евангелий, другие ценные предметы — в счет уплаты налога. После узаконенного грабежа церковь совсем закрыли в 1930 году, объясняя это неуплатой налога.

К тому времени в семье отца Макария было четверо детей: дочери — Ольга и Раиса, сыновья — Владимир и Николай. Старший сын Сергий, выполнявший обязанности псаломщика в селе Черный Отрог Оренбургской области, жил отдельно. Отец Макарий с семьей ютился в небольшой старой бане, кое-как приспособленной для жилья.

По приезде в Оренбург в 1925 году, батюшка с матушкой и детьми временно поселился в доме трех сестер-монахинь, а затем снял квартиру у одной вдовы. Но к ней приехал сын-коммунист и потребовал, чтобы «поп убирался с квартиры». Тогда отец Макарий купил небольшой участок земли с баней, собираясь впоследствии построить небольшой домик. Из бани выкинули все «банное», посередине сложили русскую печку с полатями, поставили небольшой обеденный стол, кровать для родителей, сундук с одеждой. Дети спали на сундуке и на печке, а некоторые просто на полу — все в одной комнате с родителями. Эта маленькая комнатушка, где пройти можно было только поодиночке, служила им и кухней, и столовой, и спальней. Из этой бани и забрали о. Макария в тюрьму...

Питалась семья подаяниями прихожан, которые иногда тайком приносили хлеб и картошку, озираясь по сторонам при выходе из двора, чтобы не заметили посторонние. Никакого другого пособия Квиткины не получали, так как числились «лишенцами» (лишенными гражданских прав, к этой категории принадлежали, в частности, семьи духовенства).

Баня, где они жили, находилась примерно в четырех-пяти кварталах от церкви. Каждый раз, когда о. Макарий с детьми шел на Богослужение, на улице их встречали пионеры и кидали в них песком и камнями. Батюшка приказал детям никогда не отвечать на эти проделки, заступничества ни от кого ждать не приходилось.

С тех пор, как о. Макарий остался один в Свято-Серафимовском храме, его начали терроризировать, вызывая в ГПУ. Первый вызов о. Макария был в связи с тем, что под его настоятельством приход не платит «законного» обложения, на втором — предупредили: если церковь не выплатит указанной суммы, то ее закроют. Безбожники предложили о. Макарию (так как церковь все равно закроют) публично отречься от Бога и священнического сана, заявив об этом в областной газете и признав себя человеком, «одурманивающим» людей «религиозным мракобесием». Взамен пообещали место учителя или директора школы. На это о. Макарий ответил категорическим отказом. Тогда, его начали убеждать, что только таким образом он сохранит жизнь себе и своим детям. Отец Макарий отвечал, что ему смерть не страшна, а детей он вручает воле Божией, и обет, данный им Богу, никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушит. (Господь призрел на упования мученика: все его дети выросли честными, верующими и благочестивыми людьми...) Чекисты же посоветовали ему хорошенько подумать и дать окончательный ответ.

В холодную январскую полночь 1931 года безбожники пришли с обыском, который продолжался до четырех часов утра. Они ничего не нашли. Перед уходом о. Макарий простился с семьей, благословил матушку и детей; и его увезли в тюрьму.

Небольшие передачи из продуктов и белья в тюрьму хотя и очень редко, но принимали. В марте матушка со старшей дочерью Ольгой понесли передачу, но ее не приняли, не объяснив причину отказа. Стали ждать. В три часа пополудни всех ожидавших отогнали, двери тюрьмы открыли и вывели арестованных (примерно 25 - 30 человек), в числе которых и о. Макарий. Увидев свою жену и старшую дочь, он помахал им издали рукой. Выглядел он совсем здоровым. Группу довели до здания ГПУ, впустили внутрь, а родственникам приказали идти домой, сказав, чтобы пришли завтра к девяти часам, и тогда им все разъяснят. Некоторые не послушались и в ожидании кружили вокруг здания ГПУ. Охранники сделали еще несколько предупреждений, а затем устроили облаву и арестовали несколько человек, в число которых попала жена о.Макария с дочерью. Продержав их до утра в подвале, им выдали справку о смерти о. Макария в тюрьме и строго-настрого запретили говорить о том, где они были и что видели. На вопрос матушки о. Макария: «А где же тело моего мужа? Я хотела бы его похоронить», — начальник, выдавший справку о смерти, выругался и сказал, что «нечего беспокоиться, его похоронит советская власть, как он заслужил перед ней», и приказал убираться, пока не поздно. Потом узнали, что в этой группе были, в основном, популярные среди верующих священники из Оренбурга и разных районов области, а также стойкие истинные христиане, которые мешали сатанинской власти. Все эти люди, несколько часов назад здоровые и бодрые, спокойно и быстро шагавшие из тюрьмы до здания ГПУ, вдруг на другой день «умерли в тюрьме», о чем было заверено справками, выданными родным. Впоследствии распространились тайные слухи, что всех их загнали в одну подвальную комнату здания ГПУ и удушили газом. Ни одному из родственников не выдали тела для погребения.

Протоиерей Макарий Квиткин отошел ко Господу в Вербное воскресенье 5 апреля 1931 года. Так отдал свою жизнь за истинную веру стойкий мученик и истинный пастырь, любимый своими прихожанами, верный служитель на ниве Христовой.

Еще при жизни по молитвам будущего новомученика совершались чудеса. Когда сыну о. Макария Владимиру было десять лет, он заболел корью, скарлатиной, а затем неизвестной болезнью, которую врачи не могли вылечить. Он болел уже более восьми месяцев, почти не подавая признаков жизни, и мать только вливала ему в рот по нескольку ложек бульона в день. От него остались только кожа да кости. В один из вечеров Ефросиния Кондратьевна села шить из простыни белье, чтобы Володю можно было положить в гроб в чистом. О. Макарий пошел в другую комнату молиться и просить у Господа Бога или смерти и прекращения мучений сына Володи, или дарования ему исцеления и здоровья. Вскоре все, за исключением матушки, легли спать. И вдруг в два часа ночи кто-то позвонил. Матушка открыла дверь и увидела друга о. Макария по учительской гимназии. Как он узнал их адрес и что его заставило зайти в такой поздний час — неизвестно (они не переписывались и не виделись больше пяти лет). На вопрос о. Макария он ответил, что здесь проездом (направлялся в Ташкент) и решил навестить старого друга. Матушка рассказала о болезни сына и показала ему Володю. Осмотрев больного (за то время, что они не виделись, он стал врачом), сказал, что нужно поставить мальчику банки. И с большим трудом, так как ребенок был очень худой, сам поставил несколько банок. Произошло чудо! Утром мальчик начал подавать признаки жизни, стал немного шевелиться и даже приоткрыл один глаз. Доктор показал, как ставить банки, и велел матушке делать это каждый день, сколько будет нужно. После этого случая семья о. Макария этого доктора никогда не видела и ничего о нем не слышала. По милости Божией Володя выздоровел, вырос, прошел войну, плен, жив и сейчас. Это чудо, совершенное Господом по молитвам о. Макария, подтверждает сам исцеленный его сын Владимир.

А вот другой случай. В Оренбурге в больнице находился мальчик десяти лет, страдающий тихим помешательством, врачи определили его безнадежным. О. Макарий стал часто заходить к мальчику и сердечно молиться о его выздоровлении. Два месяца посещал отец Макарий больного ребенка, и болезнь отошла; врачи, к своему удивлению, признали мальчика вполне здоровым. Сейчас он взрослый человек и до сего времени живет в полном здравии. Как видим, это чудо совершилось по молитвам новомученика Макария.

Этот случай молитвенной помощи о. Макария произошел уже после его мученической кончины. Владимир — сын о. Макария — сам был тому свидетель и запомнил его на всю жизнь. После ареста о. Макария семья продолжала жить все в той же неприспособленной для житья бане, испытывая голод и холод. Продуктовых карточек им не полагалось. Матушка ездила в деревню выменивать оставшиеся вещи на что-нибудь съестное. Прихожане старались поддерживать семью батюшки, потихоньку принося какую-нибудь еду. В то нелегкое время все трудно жили.

Дочерей батюшки не брали на работу, как детей «врага народа». Все же летом 1934 года второй дочери Раисе удалось устроиться поработать на огороде при хозкоммуне. Благодаря этому семейство запаслось на зиму сухой картофельной ботвой, которой потом топили печь. Растопку для печи добывали Владимир и младший брат Коля: они ходили в лес собирать сухие ветки.

По соседству с их баней находилось коммунальное хозяйство, где содержалось несколько голов скота, там же хранился запас горючего. Однажды, когда матушка была в отъезде, и дети находились дома одни, в соседнем дворе начался пожар. Горючее воспламенилось, пламя бушевало, искры летели во двор Квиткиных, весь заваленный сухой картофельной ботвой. Дети встали перед иконами, горячо и усердно молились Богу и просили отца своего покойного защитить их. Молитвами новомученика Бог сохранил их от этой беды.

Составлено на основании жизнеописания новомученика, написанного его сыном Владимиром Квиткиным -Павленко

Источники:

  1. Оренбургская епархия

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх

 

На развитие проекта


1 рубль




Orphus

Система Orphus

Вести с форума


«История Оренбуржья»
Авторский проект
Раковского Сергея
© Copyright 2002–2017