Битва за Бузулук

В 20 числах июня 1918 года на подступах к Бузулуку  и в его черте разгорелся трехдневный ожесточенный бой. На город наступали белочехи и уральские казаки. Город обороняли – пестрые по составу красноармейские части. Обыватели, под грохотом артиллерийских разрывов и свистом пуль с тревогой ожидали развязки.  В данной статье собраны воспоминания участников тех трагических событий – с одной стороны чешских легионеров, а с другой – революционного матроса Панасюка (который являлся активным участником установления соввласти в Бузулуке).

В годы Великой Отечественной войны, бузулучанам вновь пришлось встретиться с чехословаками, когда плечом к плечу они сражались против фашизма. В Бузулуке формировались первые добровольческие части оккупированного немцами государства. Отсюда они ушли в бой.  И об этом наша память свята… В тоже время хоть в советские годы и не говорили, но очевидно, что некоторые из бойцов батальона Л. Свободы уже однажды были в нашем городе в 1918 году…

Чешские легионеры: 24 июня 1918 года подразделения Чехословацкого корпуса при поддержке белоказаков начали операцию по взятию города Бузулука, окружению и уничтожению оборонявших его частей Красной гвардии. Сражение на важный в стратегическом плане железнодорожный узел Бузулук оказалось достаточно кровопролитным.

План взятия Бузулука

План взятия Бузулука

 Первоначально движение наших частей на этот город не планировалось. Необходимо было обеспечить бесперебойное движение по направлению Самара – Уфа. К этому нас вынудили действия большевистских сил, ранее выбитых из Самары, и теперь действующих на железнодорожном пути Оренбург – Бузулук – Кинель. Бронепоезда красных действовали смело и выдвигались из Кинеля, огнем своей артиллерии нанося нам существенный урон. Кроме того, большевики начали в окрестных деревнях масштабную мобилизацию. Поэтому к концу июня назрела необходимость взять под свой контроль важный узловой пункт. Взятие Бузулука представлялось не простой задачей. Большевики были хорошо вооружены и имели боевой настрой. На их стороне выступили несколько сотен немцев-интернационалистов – бывших военнопленных.

Территория к западу от Бузулука довольно равнинна, поэтому легко можно было сдерживать наступление пехоты, установив на возвышенностях огневые точки. В стратегическом плане оборону города можно было вести даже при наличии недостаточного количества артиллерийских орудий. Противник имел наблюдательные пункты, которые следили за передвижением наших частей. Необходимо было использовать обходные маневры и взять город в клешни.

План взятия Бузулука был разработан поручиком Титом и состоял в следующем: 4 полк (11 офицеров, 442 штыка, 9 орудий) наступал с северо-запада, 1 полк наступал к юго-западу от железнодорожного узла, 3 и 4 роты 4 полка под командованием прапорщика Мусака и две сотни казаков с легкими пушками должны были зайти в тыл противника с севера и овладеть мостом через реку Самара. Огневую поддержку осуществлял бронепоезд и бронеавтомобили. Казаки должны были повредить железнодорожные пути к востоку от Бузулука и не допустить отступления противника на Оренбург…

Бронеавтомобиль на станции Бузулук

Бронеавтомобиль на станции Бузулук

Бои на ближних подступах к городу развернулись 25 июня. Наши части вели успешные наступления на всех направлениях. Ко второй половине дня атака нашей пехоты захлебнулась, когда большевики подорвали гранатами бронеавтомобиль. 1 рота 4 полка захватила деревню Палимовка и расположила на ее окраине артиллерийскую батарею. Массированный огонь нашего бронепоезда и трех батарей не давал возможности Красным переходить в контратаки. «Самарская» группа первоначально встретила сильное сопротивление в районе моста. Здесь противник установил батарею из трех орудий. Но огонь противника был неэффективным, и казакам удалось, совершив обходной маневр, переправиться через реку Самара в районе женского монастыря. Наши солдаты были веселы, верили в успех и не сомневались в скором разгроме неприятеля. И если бы большевики не подбили наш броневик, то мы одержали бы победу вечером того же дня.

Яростное сопротивление оказывали красные в районе кирпичного завода, но к вечеру они были окружены и уничтожены. Наша пехота остановилась в нескольких сотнях шагов от реки Домашка. Когда стемнело, мы стали пополнять запас боеприпасов и готовиться к новому бою. Утром 26 июня красные начали сильным огнем с бронепоезда. В ответ ударила вся наша артиллерия, в бой пошли передовые части, а затем с юго-запада в направлении железнодорожного узла ударили наши основные силы. С мощным «Ура!» мы прорвали оборону противника. Начались позиционные бои на улицах города. Выдвигая вперед броневики, красные переходили в контратаки. Последний очаг сопротивления большевиков был в районе железной дороги. Под прикрытием огня бронепоезда пехота противника снова и снова бросалась в контратаку, но была рассеяна пулеметным и артиллерийским огнем. Во второй половине дня большевики побежали, на ходу запрыгивая в уходящий на Оренбург поезд. Казаки не смогли их остановить. Зато они повредили железнодорожную ветку и не дали вывести бронепоезд красных. Мы захватили большие трофеи: бронепоезд, два броневика, несколько орудий, много пулеметов, винтовок, боеприпасов и продовольствия. Наши потери составили 46 убитых и 200 раненых. Взятие Бузулука открыло дорогу на Оренбург.

Захваченный у красных бронепоезд

Захваченный у красных бронепоезд

Панасюк (публикуется на основе воспоминаний, обнаруженных С.В. Колычевым в Самарском архиве социально-политической истории): «К этому времени пожарище гражданской войны окутало всю Россию (имеется ввиду ко времени выступления белочехов в мае 1918 года – прим. С.К.)… Уездная Советская власть и только что организованная Красная армия, в составе 3-го Бузулукского советского полка, в большинстве из бывших солдат империалистической войны, интернационального батальона из военнопленных мадьяр, коммунистического отряда из партийцев: большевиков, левых эсеров; анархистов и части рабочих и служащих, начали лихорадочно готовиться к должной встрече, дерзкого, кровью обрызганного врага. Тут же после занятия Самары в Бузулук стали прибывать отступавшие оттуда части Красной армии: Московский рабочий полк, Жлобинский отряд  и др. Во главе их прибыл командующий вновь назначенного фронта Бузулук-Оренбург-Уральск Колостов (левый эсер)… Бузулук был объявлен на военном, а затем на осадном положении.

22-ого июня чехословаки после незначительных столкновений по линии желдороги с нашим бронепоездом, которым командовал, кажется, т. Болотин, подступили к городу со стороны Елшанки. Обыватели массами переселились за город – в лес. Враг, стяжавший себе славу взятием Самары и других городов, был силен как морально, так и технически. С таким врагом под командою тов. Колостова Бузулукский гарнизон вступил в кровавый и решительный бой… Вся власть в городе перешла  штабу фронта и коменданту, которым был назначен я. Значительная часть членов уисполкома и горсовета взяли винтовки и вступили в наскоро сформированный коммунистический отряд, который занимал позиции у кирпичного завода.

Как помню, в субботу, под день отдыха «Троицы» в прекрасные теплые дни, при общем бегстве из города в лес обывателей, началось сражение по линии желдороги за Палимовскими выселками. Полетели снаряды, оглушая воздух взрывами, посыпая крыши домов и улицы дождем шрапнели, затрещали пулеметы, засвистели пули. То там на фронте, то сям послышались вопли раненых, появились убитые. Первый день бой длился беспрерывно. Та и другая сторона несокрушимо стояли на занятых позициях. Наступила ночь. Город мертвецки спал, почти опустошенный от жителей, ушедших в сухореченские горы и леса, или скрывшихся в подвалах… На другой день стало известно, что к чехословакам со стороны Ново-Александровки подошли  дутовские казачьи подкрепления. Бой начался вновь с еще большей силой. Красные, ободренные первым днем успешного боя, вновь отбили все яростные атаки врага. Кое где продвинулись вперед. В момент боя исчезает командир 3-го советского полка Черкасский. Выясняется, что он перебежал к чехословакам. Он, оказывается, являлся жандармским офицером, злейшим провокатором в полку и вообще в гарнизоне. Это положение не изменило сути боя, так как на его место был назначен командиром, кажется Сенько, при военкоме Сучкове и помвоенкоме Ряполове. Однако это дало возможность узнать противнику расположение войск и состояние нашего гарнизона, который чехословаки считали, как нигде твердым.

На третий день боестолкновения стали меньше. Причина этому, как впоследствии выяснилось (возможно это после доноса провокатора Черкасского), что враг получил подкрепления из Самары и Дутова, и чехословацкое командование делало перегруппировку войск для новых атак. В этот день происходила лишь беспрерывная редкая артиллерийская перестрелка, и кое-где атаки пехотных частей, надо думать для отвода глаз. Такой сравнительно слабый бой ободрил наши части. Командование полагало, что атаки отбиты, враг отступил с большими потерями. Но отступление это было сделано с целью перегруппировки войск и выбора новых позиций. Наше же командование, зная о бегстве Черкасского из Бузулука и о получении противником подкреплений, не учло всего этого и должных мер предосторожности не приняло. Правда подкрепления с нашей стороны тоже шли из Оренбурга, в лице Каширской красной конницы, но они до Бузулука не дошли, застряли, как впоследствии выяснилось на ст. Сорочинской, благодаря предательским махинациям некоторых ж.д. агентов движения, тормозивших движение поездов и задерживавших их в пути. А в городе враждебные силы шипели, часто теряя равновесие, как змеи выползая наружу путем стрельбы из окон домов во время боя. Например дозорные отряды  и проходившие по улицам части Красной армии не раз обстреливались красногвардейцами из окон домов… На Оренбургской же улице  (ныне Чапаева – прим. С.К.), при прохождении отряда тов. Титова, стрелявший был тут же обнаружен. Отряд, оцепив дом бывшего Карпова (а тогда там были номера) произвел обыск у обитателей гостиницы, и у квартировавшего там зав. электростанции «дяди Кости», нашли револьвер и бомбы, за что он был тут же расстрелян на месте…

На четвертый день, 26 июня наступление чехословаков сразу же с рассветом вновь возобновилось. Началась еще сильнейшая артиллерийская канонада города и ожесточенная атака на наши позиции. Противник начал бомбардировку сразу с трех сторон, т.е. с Сухореченской горы, Елшанки и Палимовской горы. Наши войска ответили контратакой и артиллерийским обстрелом его позиций… Все смешалось в общий гул и вопль. И под свирели этой музыки, длившейся часов пять, с молниеносной быстротой получились сведения о прорыве нашего фронта чехословаками у кирпичного завода за р. Домашкой. В этом пункте, после нескольких повторных атак врага, наш интернациональный батальон не выдержал натиска в несколько раз сильнейшего противника и начал отступать. За этим началось общее баррикадное постепенное отступление с боем Красной армии через город к станции. Наши контратаки в городе, у ямского пункта, у р. Домашки, по дамбе у моста через р. Самарку – 3 Бузулукского советского полка и у элеватора Московского полка, дали возможность нормального отступления всех частей Красной армии и эшелонов со станции на Оренбург.

За время четырехдневного боя обе стороны понесли значительные потери, примерно в 400 человек. Противник потери нес во время наступления и лобовых атак, Красная армия во время отступления и контратак… Все погибшие в июньские дни 1918 года во время чехословацкого и казачьего наступления, как передают очевидцы похоронены в той же братской могиле, у вокзала (имеется ввиду братская могила в парке Железодорожников, где сегодня стоит памятник – прим. С.К.)...

Итак, отступление из Бузулука началось. Поезда с грузами и красноармейцами пошли один за другим. Герои последней схватки, руководители и красноармейцы, стоявшие до последнего момента на своих постах, подходили к последним уходящим эшелонам и на ходу прыгали на площадки вагонов… В несколько часов все кончилось… Остались в городе и на полях сражения тела убитых и раненых на позициях и в больницах. Остались также случайно ночевавшие в эту ночь по домашним квартирам красноармейцы, а также малодушные советчики, рассчитывавшие на милость врага. Но «милость врага» не оправдалась. Враг был жесток и кровожаден…

На 16 эшелонах (точно не помню) отступила из Бузулука Красная армия. В значительной степени деморализованная, потрепанная. В Сорочинском мы встретили идущие из Оренбурга на подкрепления конные части Каширского полка. На устроенном совете хотя и ставился некоторыми товарищами вопрос об обратном контрнаступлении на Бузулук, но после обмена мнениями и оценки состоянии армии, решено было отступить в Оренбург».

Краеведы Н.М. Макаров, С.В. Колычев


Смотрите также:

На главную Обсудить на форуме Версия для печати

Назад

 

Наверх